Священная история и раскол в старообрядческих нарративах (по материалам полевых исследований среди старообрядцев Урало-Поволжья). Создание на окраинах России духовных центров старой веры. Разделение в старообрядчестве и возникновение полемической литерату

Священная история и раскол в старообрядческих нарративах (по материалам полевых исследований среди старообрядцев Урало-Поволжья). Создание на окраинах России духовных центров старой веры. Разделение в старообрядчестве и возникновение полемической литерату
Священная история и раскол в старообрядческих нарративах (по материалам полевых исследований среди старообрядцев Урало-Поволжья). Создание на окраинах России духовных центров старой веры. Разделение в старообрядчестве и возникновение полемической литерату

16. История старообрядческой церкви

Краткий очерк

(Печатается в сокращении)

В середине XVII века, именно в то время, когда русская церковь достигла наибольшего величия и расцвета, в ней произошел раскол, разделивший русских людей. Это печальное событие случилось в царствование Алексея Михайловича и в патриаршество Никона во второй половине XVII столетия.

РЕФОРМЫ ПАТРИАРХА НИКОНА И НАЧАЛО РАСКОЛА

Патриарх Никон стал вводить в русскую церковь новые обряды, новые богослужебные книги и другие новшества без одобрения собора, самовольно. Это и послужило причиной церковного раскола. Кто последовал за Никоном, тех народ стал называть «никонианами», или новообрядцами. Сами же последователи Никона, пользуясь государственной властью и силой, провозгласили свою церковь православной, или господствующей, а своих противников стали звать оскорбительной и принципиально неверной кличкой «раскольники». На них они свалили и всю вину церковного раскола. На самом же деле противники никоновских нововведений не совершали никакого раскола: они остались верны древним церковным преданиям и обрядам, ни в чем не изменив своей родной православной церкви. Поэтому они справедливо называют себя православными старообрядцами, староверами или древнеправославными христианами. Кто же явился подлинным инициатором и вождем раскола?

Патриарх Никон вступил на московский патриарший престол в 1652 году. Еще до возведения в патриархи он сблизился с царем Алексеем Михайловичем. Вместе они и задумали переделать русскую церковь на новый лад: ввести в ней новые чины, обряды, книги, чтобы она во всем походила на греческую церковь, которая давно уже перестала быть вполне благочестивой.

Гордый и самолюбивый, патриарх Никон не имел большого образования. Зато он окружил себя учеными украинцами и греками, из которых наибольшую роль стал играть Арсений Грек, человек весьма сомнительной веры. Воспитание и образование он получил у иезуитов; по прибытии на Восток он принял магометанство, затем снова примкнул к православию, а потом уклонился в католичество. Когда он появился в Москве, его отправили в Соловецкий монастырь как опасного еретика. Отсюда и взял его Никон к себе и сразу сделал главным помощником в церковных делах. Это вызвало большой соблазн и ропот в среде верующего русского народа. Но возражать Никону было нельзя. Царь предоставил ему неограниченные права в делах церкви. Никон, ободренный царем, делал что хотел, ни с кем не советуясь. Опираясь на дружбу и власть царскую, он приступил к церковной реформе решительно и смело.

Никон имел характер жестокий и упрямый, держал себя гордо и недоступно, называя себя, по примеру римского папы, «крайним святителем», титуловался «великим государем» и был одним из самых богатых людей России. К архиереям он относился надменно, не хотел их называть своими братьями, страшно унижал и преследовал остальное духовенство. Все страшились и трепетали перед Никоном. Историк Ключевский называет Никона церковным диктатором.

В старину не было типографий, книги переписывались. В России богослужебные книги писались в монастырях и при епископах особыми мастерами. Это мастерство, как и иконописание, почиталось священным и выполнялось старательно и с благоговением. Русский народ любил книгу и умел ее беречь, как святыню. Малейшая опись в книге, недосмотр, ошибка считались большой погрешностью. Вот почему сохранившиеся до нас многочисленные рукописи старого времени отличаются чистотою и красотою письма, правильностью и точностью текста. В древних рукописях трудно встретить помарки и зачеркивания. В них было меньше описок, чем в современных книгах опечаток. Замеченные в прежних книгах существенные погрешности были устранены еще до Никона, когда в Москве начала действовать типография. Исправление книг велось с большой осторожностью и осмотрительностью.

Совсем иначе повелось исправление при патриархе Никоне. На соборе в 1054 г. было решено исправлять богослужебные книги по древним греческим и древним славянским, на самом же деле исправление производилось по новым грече­ским книгам, напечатанным в иезуитских типографиях Венеции и Парижа. Об этих книгах даже сами греки отзывались как об искаженных и погрешительных.

Таким образом, деятельность Никона и его единомышленников свелась не к исправлению древних книг, а к их изме¬нению, а точнее говоря, - к порче. За изменением книг последовали и другие церковные нововведения.

Наиболее важными изменениями и нововведениями были следующие:

1. Вместо двоеперстного крестного знамения, которое было принято на Руси от греческой православной церкви вместе с христианством и которое является частью святоапостольского предания, было введено троеперстие.

2. В старых книгах, в согласии с духом славянского языка, всегда писалось и выговаривалось имя Спасителя «Исус», в новых книгах это имя было переделано на грецизированное «Иисус».

3. В старых книгах установлено во время крещения, венчания и освящения храма делать обхождение по солнцу в знак того, что мы идем, за Солнцем-Христом. В новых книгах введено обхождение против солнца.

4. В старых книгах, в Символе Веры (VIII член), читается: «И в Духа Святаго Господа истиннаго и животворящаго», после же исправлений слово «истиннаго» было исключено.

5. Вместо «сугубой», т. е. двойной аллилуйи, которую тво­рила русская церковь с древних времен, была введена «трегубая» (тройная) аллилуйя.

6. Божественную литургию в Древней Руси совершали на семи просфорах, новые «справщики» ввели пятипросфорие, т. е. две просфоры исключили.

Эти изменения церковных узаконений, преданий и обрядов не могли не вызвать резкий отпор со стороны русских людей, свято хранивших древние святые книги и предания.

Кроме самого факта изменения древних книг и обычаев церковных, резкое сопротивление в народе вызвали те меры, с помощью которых патриарх Никон и поддерживающий его царь насаждали эти нововведения. Жестоким гонениям и каз­ням подвергались русские люди, совесть которых не могла согласиться с церковными нововведениями и искажениями. Многие предпочитали умереть, чем предать веру своих отцов и дедов.

Патриарх Никон начал свои реформы с отмены двоеперстного сложения. Вся русская церковь творила тогда крестное знамение двоеперстием: три пальца (большой и два последних) складывали православные христиане во имя Святой Троицы, а два (указательный и великосредний) – во имя двух естеств во Христе: божеского и человеческого. Так складывать пальцы для выражения главных истин православной веры учила и древняя греческая церковь. Двоеперстие идет с апостольских времен. Святые отцы свидетельствуют, что и Сам Христос благословлял своих учеников именно таким перстосложением. Никон же отменил его. Он сделал это самовольно, без соборного решения, без согласия церкви и даже без совета с каким-либо епископом. В то же время он приказал знаменоваться троеперстием: складывать первые три перста во имя св. Троицы, а два последние «иметь праздными», т.е. ими ничего не изображать. Христиане говорили: новый патриарх упразднил Христа.Троеперстие было явным новшеством. Оно незадолго до Никона появилось у греков, они же привезли его и в Россию. Ни один святой отец и ни один древний собор не свиде­тельствуют о троеперстии. Поэтому русские люди не хотели его принимать. Кроме того, что в нем не изображаются два Христова естества, еще и неправильно изображать на себе крест тремя перстами во имя св. Троицы, не исповедуя в них человеческого естества Христа. Выходит, будто св. Троица была распята на кресте, а не Христос по своему человечеству. Но Никон ни с какими доводами не думал считаться. Воспользовавшись прибытием в Москву антиохийского патриарха Макария и других иерархов с Востока, Никон предложил им высказаться в пользу нового перстосложения. Они написали следующее: «Предание прияхом с начала веры от святых апостол и святых отец, и святых седьми соборов творити знамение честнаго креста тремя первыми перстами десныя руки. И кто от христиан православных не творит крест такого, по преданию восточныя церкви, еже держа с начала веры даже до днесь, есть еретик и подражатель арменов. И сего ради имамы его отлучена от Отца и Сына и Св. Духа, и проклята» .

Подобное осуждение сначала было провозглашено в присутствии множества народа, затем изложено письменно и напечатано в изданной Никоном книге «Скрижаль». Как громом поразили русский народ эти безрассудные проклятия и отлучения.

Русский благочестивый народ, вся русская церковь не могли согласиться с таким крайне несправедливым осужде¬нием, провозглашенным Никоном и его единомышленниками – греческими архиереями, тем более, что они говорили явную неправду, будто бы и апостолы, и св. отцы установили троеперстие. Но Никон не остановился на этом. В книге «Скрижаль» к только что приведенным он добавил новые осуждения. Он дошел до того, что стал хулить двоеперстие как якобы заключающее в себе страшные «ереси и нечестие» древних еретиков, осужденных вселенскими соборами (ариан и несторпан) .

В «Скрижали» преданы проклятию и анафеме православные христиане и за то, что исповедуют в символе веры Духа Святого истинным. В сущности, Никон и его помощники проклинали русскую церковь не за ереси и погрешности, а за совершенно православное исповедание веры и за древние церковные предания. Эти действия Никона и его единомышленников сделали их в глазах русского благочестивого народа еретиками и отступниками от святой церкви.

ПРОТИВНИКИ НИКОНА

Реформаторская деятельность Никона встретила сильную оппозицию со стороны видных духовных деятелей того времени: епископа Павла Коломенского, протопопов - Аввакума, Иоанна Неронова, Даниила из Костромы, Логгина из Мурома и других. Эти лица пользовались в народе огромным уважением за их пастырскую деятельность. Протопопы Иоанн Неронов и Аввакум обладали большим даром слова. Они умели говорить просто и ясно, горячо и вдохновенно. Они не стеснялись говорить правду в глаза сильным мира сего, обличали пороки и преступления властей, были прямодушными и честными, нисколько не заботились о своих личных выгодах, служили Церкви и Богу со всей преданностью, искренней и пламенной любовью, всегда были готовы пойти на страдание и мучение за дело Христово, за правду Божию. В устных проповедях, в письмах они смело обличали всех виновников церковных нововведений, не останавливаясь ни перед патриархом, ни перед царем. Но последние не вняли голосу ревностных и благочестивых подвижников святой веры.

Верные и стойкие поборники церковной старины вскоре подверглись жестоким мучениям и казням по приказам патриарха Никона и царя Алексея Михайловича. Первыми мучениками за правую веру были протопопы Иоанн Неронов, Логгин, Даниил, Аввакум и епископ Павел Коломенский. Они были высланы из Москвы в первый год реформаторской деятельности Никона (1653-1654 гг.) .

На соборе 1654 года, созванном по вопросу о книжном поправлении, епископ Павел Коломенский мужественно заявил Никону: «Мы новой веры не примем», за что без соборного суда был лишен кафедры. Прямо на соборе патриарх Никон собственноручно избил епископа Павла, сорвал с него мантию и велел немедленно отправить в ссылку в монастырь. В монастыре епископ Павел был подвергнут тяжелым мучениям и, наконец, сожжен в срубе.

Народ говорил, что на первосвятительском престоле воссел патриарх-мучитель и убийца. Никон начал свои реформы не с благословения Божьего, а с проклятий и анафем, не с молитвы церковной, а с кровопролития и убийства. Все трепетали перед ним, и никто из епископов уже не посмел выступить с мужественным словом обличения. Робко и молчаливо они соглашались с его требованиями и распоряжениями. Никон недолго пробыл на патриаршем престоле, всего семь лет. Своим властолюбием и гордостью он сумел оттолкнуть от себя всех. Произошел у него разрыв и с царем. Никон вторгался в дела государства, возмечтал даже стать выше царя и полностью подчинить его своей воле. Алексей Михайлович стал тяготиться Никоном, охладел к нему и лишил его прежнего внимания и дружбы. Тогда Никон задумал воздействовать на царя угрозой, что ему раньше удавалось. Он решил публично отречься от патриаршества, рассчитывая на то, что царь будет тронут его отречением и станет упрашивать не покидать первосвятительского престола. Никон хотел воспользоваться этим и потребовать от царя, чтобы тот повиновался ему во всем, поставив царю условием, что только в этом случае он останется на патриаршем престоле. Тут же на амвоне Никон снял с себя архиерейское облачение, надел черную мантию и монашеский клобук, взял простую клюку и вышел из собора. Царь, узнав об уходе патриарха с престола, не стал удерживать его.

Бегство Никона с патриаршего престола внесло новое расстройство в церковную жизнь. Царь по этому случаю созвал собор в Москве в 1660 г. Собор решил избрать нового патриарха. Но Никон разразился бранью на этом соборе, обозвал его «бесовским сонмищем». В своем монастыре он держал себя властно и возмутительно: совершал рукоположения, осуждал и проклинал архиереев, предал проклятию и царя со всем его семейством. Царь и архиереи не знали, что делать с Никоном.

В это время в Москву с Востока прибыл греческий митрополит Паисий Лигарид.

Лигарид был тайный иезуит, получивший воспитание в Риме. Восточные патриархи за его иезуитство предали его проклятию и лишили сана. В Москву Паисий Лигарид прибыл с подложными грамотами и сумел обмануть паря и снискать к себе его доверие. Этому ловкому и изворотливому человеку и было поручено дело Никона. Паисий сразу стал во главе всех церковных дел в России. Он заявил, что Никон «должен быть проклят как еретик» и что для этого нужно созвать в Москве большой собор при участии восточных патриархов. Никон знал, кем был Лигарид, и беспомощно ругал его, называя «вором», «нехристем», «собакой», «самоставленником», «мужиком». С Востока были получены достоверные сообщения, что Паисий Лигарид действительно католик, состоит на службе у римского папы и что восточные патриархи низвергли его и прокляли. Но так как царю не на кого было опереться в борьбе с Никоном, то Паисий Лигарид все таки остался управителем церкви.

Собор 1666 г. признал Никона виновным в самовольном бегстве с кафедры и в других преступлениях. Патриархи называли его «лжецом», «обманщиком», «мучителем», «убийцей», сравнивали его с сатаной, говорили, что он «даже хуже сатаны», признали его еретиком за то, что он приказал не исповедовать воров и разбойников перед смертью. Никои не остался в долгу и обзывал патриархов «самозванцами», «турецкими невольниками», «бродягами», «продажными людьми» и т. п. В конце концов, собор лишил Никона священного сана и сделал простым монахом.

Изменил Никон и своим нововведениям. Еще будучи на патриаршем престоле, он говорил иногда, что «старые служебники добры» и по ним «можно служить службу Божию». Уйдя же с престола, он совсем позабыл о своих реформах. Более того. Он начал издавать книги в монастыре согласно со старопечатными. Этим возвращением к старому тексту Никон как бы вынес суд над собственной книжной реформой. Тем самым он фактически признал ее ненужной и бесполезной.

Реформа Никона, посягнувшая на старую веру и расколовшая единство русского народа, по существу была не только не нужной, но и вредной.

Никон скончался в 1681 г. не примиренным ни с царем, ни с архиереями, ни с церковью.

СУД НАД РУССКОЙ ЦЕРКОВЬЮ

Низложив Никона, собор избрал на его место нового патриарха - Иоасафа, архимандрита Троице-Сергиевой лавры. Затем собор приступил к решению вопросов, вызванных церковной реформой. Всеми делами на соборе направлял Паисий Лигарид. От него нельзя было ожидать, что он станет на защиту старой веры. Нельзя было ожидать этого и от восточных патриархов, так как никоновская реформа проводилась в согласии с греческими новыми книгами. С присоединением Украины к Москве стало сказываться юго-западное влияние. В Москву понаехало множество монахов, учителей, политиков и разных дельцов. Все они были в сильной степени заражены католицизмом, что не помешало им приобрести большое влияние при царском дворе. Паисий Лигарид вел в это время переговоры с католическим Западом о соединении русской церкви с римской. Он пытался склонить к этому и восточных патриархов. Русские же архиереи во всем были послушны царю. В такое-то время и состоялся собор по делу никоновской реформы. Собор одобрил книги новой печати, утвердил новые обряды и чины и наложил страшные проклятия и анафемы на старые книги и обряды. Двоеперстие собор объявил еретическим, а троеперстие утвердил на вечные времена как вели¬кий догмат. Проклял тех, кто в символе веры исповедует Духа Святаго истинным. Проклял и тех, кто будет совершать службу по старым книгам. В заключение собор изрек: «Если кто не послушает нас или начнет прекословить и противиться нам, то мы такового противника, если он - духовное лицо, извергаем и лишаем всякого священнодействия и бла­годати и предаем проклятию; если же это будет мирянин, то такового отлучаем от св. Троицы, Отца и Сына и Святаго Духа, и предаем проклятию и анафеме как еретика и непокорным и отсекаем, как гнилой уд. Если же кто до самой смерти останется непокорным, то таковой и по смерти да будет отлучен, и душа его пребудет с Иудой-предателем, с еретиком Арием и с прочими проклятыми еретиками. Скорее железо, камни, дерево разрушатся, а тот да будет не разрешен во веки веков. Аминь».

Эти ужасные проклятия возмутили даже самого Никона, привыкшего проклинать православных христиан. Он заявил, что они положены на весь православный народ и признал их безрассудными.

Чтобы заставить русский благочестивый народ принять новую веру, новые книги, собор благословил подвергать ослушников соборных определении тягчайшим казням: заточать их в тюрьмы, ссылать, бить говяжьими жилами, отрезать уши, носы, вырезывать языки, отсекать руки.

Все эти деяния и определения собора внесли еще большую смуту в умы русских людей и усугубили церковный раскол.

НАДЕЖДЫ НА ВОССТАНОВЛЕНИЕ ДРЕВЛЕПРАВОСЛАВНОЙ ВЕРЫ

Раскол русской церкви совершился не сразу. Определения собора были настолько ошеломляющими, в них было так много безумия, что русский народ счел их за дьявольское наваждение. Многие думали, что царь обманут приезжими греками и западниками, и верили, что он рано или поздно распознает этот обман и возвратится к старине, а обманщиков прогонит от себя. Что же касается архиереев, участвовавших на соборе, то о них составилось убеждение, что они не тверды в своей вере и, боясь царской власти, готовы веровать так, как прикажет царь. Один из наиболее бескомпромиссных приверженцев новой веры, чудовский архимандрит Иоаким (впоследствии патриарх Московский) откровенно заявил: «Я не знаю ни старой веры, ни новой, но что велят начальницы, то я готов творить и слушать их во всем».

В течение 15-ти лет после собора шли пререкания между сторонниками старой веры и новой, между представителями древней народной церкви и представителями новой, царской. Защитники старины надеялись, что еще можно уладить возникший раздор, что государственная власть одумается и вернется к святой старине. Протопоп Аввакум слал царю Алексею Михаиловичу одно послание за другим и призывал его к покаянию. Этот протопоп-богатырь горячо и вдохно¬венно убеждал царя, что в древнем православии, которое так немилостиво проклято собором, нет ничего еретического. «Мы содержим истинную и правую веру, умираем и кровь свою проливаем за Церковь Христову».

Царя просили назначить всенародное состязание с духовными властями: пусть видят и слышат все, какая вера истинная - старая или новая.

Царь Алексей Михайлович не внял этим просьбам и мольбам. После его смерти царский престол занял его сын Федор Алексеевич. Защитники и исповедники древнецерковных преданий обратились к новому царю с горячей мольбой - вернуться к вере благочестивых и святых предков. Но и эта мольба не имела успеха. На все челобитные церковных пастырей, жаждавших мира и единства церковного, правительство отвечало ссылками и казнями.

ГОНЕНИЕ НА ДРЕВЛЕПРАВОСЛАВНЫХ ХРИСТИАН

Ссылки и казни последовали тотчас же после собора. Знаменитые защитники древлеправославного благочестия: протопоп Аввакум, священник Лазарь, диакон Феодор, инок Епифаний - были сосланы на дальний Север и заточены в земляную тюрьму в Пустозерске (Архангельская область). Они были подвергнуты (за исключением Аввакума) еще особой казни: им вырезали языки и отсекли правые руки, чтобы они не могли ни говорить, ни писать в обличение своих гонителей. Более 14-ти лет пробыли они в мучительном заточении - в сырой яме. Но никто из них не поколе¬бался в правоте своей веры. Благочестивый народ чтил этих исповедников как непреоборимых воинов Христовых, как дивных страстотерпцев и мучеников за святую веру. Пустозерск стал святым местом. По на стоянию нового патриарха Иоакима пустозерские страдальцы были преданы сожжению ни костре. Казнь последовала в пятницу, в день страстей Христовых, 14 апреля 1682 г. Всех их вывели на площадь, где был устроен сруб для сожжения. Бодро и радостно взошли они на костер. Толпа людей, сняв шапки, молча окружила место казни. Подожгли дрова, и костер запылал. Священномученик Аввакум обратился к народу с прощальным словом. Подняв высоко сложенную в двуперстие руку, он провозгласил «Вот будете этим крестом молиться, вовеки не погибнете». Когда мученики сгорели, народ бросился к костру собирать святые кости, чтобы разнести их йотом по всей русской земле.

Мучения и казни совершались и в других местах московского государства. За шесть лет до сожжения пустозерских узников были преданы мучительной смерти сотни преподобных отцов и исповедников славной Соловецкой обители. Эта обитель вместе с другими монастырями и скитами русской церкви отказалась принять новые никоновские книги. Соловецкие иноки решили продолжать службу Божию по старым книгам. Они написали государю в течение нескольких лет пять челобитных (прошений), в которых умоляли царя только об одном: разрешить им оставаться в прежней вере.

В ответ на все просьбы и мольбы смиренных иноков царь послал в Соловецкий монастырь военную команду, чтобы силою заставить убогих старцев принять новые книги. Иноки не пустили к себе стрельцов и затворились в обители за толстыми каменными степами, как в крепости. Царские войска осаждали Соловецкий монастырь в течение восьми лет (с 1668 по 1676 г.). Наконец, в ночь па 22 января 1676 г. стрельцы ворвались в обитель, и началась страшная расправа с жителями монастыря. Было замучено до 400 человек: одних повесили, других порубили на плахах, третьих утопили в проруби. Вся обитель была залита кровью святых страдальцев. Они умирали спокойно и: твердо, не просили ни милости, ни пощады. Только 14 человек случайно уцелело. Тела убитых и разрубленных мучеников лежали с полгода неубранными, пока не пришел царский указ - предать их земле. Разгромленная и разграбленная обитель была заселена присланными из Москвы монахами, принявшими новую правительственную веру и новые никоновские книги.

Немало было замучено в то время исповедников старой веры: одних засекли плетьми, других уморили голодом в тюрьмах, третьих предали сожжению.

БЕГСТВО ЦЕРКВИ В ПУСТЫНИ И ЛЕСА

Положение христиан в России в XVII столетии во мно­гом было похоже на положение христиан в Римской империи. Как тогда христиане из-за сильных гонений со стороны языческих властей вынуждены были скрываться в катакомбах, в загородных пристанищах, так и русским людям, православным христианам XVII века, пришлось бежать в пустыни и леса, скрываясь от преследований со стороны государственных и церковных властей.

По настоянию московского патриарха Иоакима царевна Софья в 1685 г. издала против старообрядцев 12 грозных статей. В них старообрядцы обзываются «ворами», «раскольниками», «противниками церкви» и караются страшными казнями. Если кто тайно будет содержать старую веру, того бить кнутом и ссылать в отдаленные места. Приказано бить кнутом и батогами даже тех, кто окажет хотя какую-нибудь милость старообрядцам: дадут им или поесть, или только испить воды. Установлено было ссылать и бить кнутом и таких людей, у которых старообрядцы только приютились. Все имущество старообрядцев было приказано отбирать и отписывать великим государям. От этих тяжких наказаний, разорений и смерти могло спасти гонимых христиан лишь полное отречение от старой веры и рабская покорность всем приказаниям властей. От всех русских людей требовалось верить так, как приказывало новое начальство. В этом же узаконении Софьи была статья, которая гласила: если кто из старообрядцев перекрещивал крещеных в новой церкви и, если он даже и раскается, исповедуется в том отцу духовному и искрение пожелает причаститься, то его, исповедав и причастив, все-таки «казнить смертию без всякого милосердия».

Правительство жестоко преследовало людей старой веры: повсюду горели костры, сжигали сотнями и тысячами людей, резали языки, рубили головы, ломали клещами ребра, четвертовали; тюрьмы, монастыри и подземелья были переполнены страдальцами за святую веру. Духовенство и гражданское правительство беспощадно истребляли своих же родных братьев - русских людей. Никому не было пощады: убивали но только мужчин, но и женщин, и даже детей. Великие страдальцы – русские православные христиане – явили необычайную силу духа в это ужасное время. Хотя некоторые из них в конце концов отступили от истинной веры, не выдержав пыток и гонений, многие пошли на смерть смело и решительно.

Огромное большинство преследуемых христиан бежали в пустыни, леса, в горы, где заводили себе приют. Но и там их отыскивали, жилища разоряли, а самих приводили к духовным властям для увещаний и, если они не изменяли своей вере, предавали мучениям и смерти. Через четыре года после узаконения статей Софьи патриарх Иоаким издал указ: «Смотреть накрепко, чтобы раскольники не жили в волостях и в лесах, а где объявятся - самих ссылать, пристанища их разорять, имущество продавать, а деньги присылать в Москву».

Чтобы спастись от преследовании и пыток, русские люди стали себя сжигать. «Нет нигде места, – говори они, – только и уходу, что в огонь да в воду». Во многих местах, где ждали гонителей и мучителей, заранее приготовлялись срубы для самосожжений и приспосабливались к этому отдельные избы, часовни, церкви, просмоленные и обложенные соломой. Как только приходило известие, что идут сыщики и гонители, народ запирался в приготовленное к сожжению здание и при появлении гонителей заявлял им: «Оставьте нас, или мы сгорим». Бывали случаи, что гонители уходили, и тогда самосожжения не происходило. Но в большинстве случаев преследуемые погибали: до такого отчаяния довели верующих христиан беспощадные преследования, жестокие пытки и мучения.

Более двухсот лет пребывало старообрядчество в гонениях. Они временами то ослабевали, то снова усиливались, но никогда не прекращались. Царь Петр I провозгласил принцип веротерпимости в государстве. Им широко воспользовались в России разные вероисповедания; римско-католическое, протестантское, магометанское, иудейское. И только одни старообрядцы не имели свободы в родном отечестве. В царствование Петра их уже не сжигали массами, но отдельные случаи сожжения и других смертных казней были не редки. Царь Петр дозволил старообрядцам открыто жить в городах и селениях, но обложил их двойным налогом. Брали налог с каждого мужчины за ношение бороды, брали с них штраф и за то, что священники совершали у них духовные требы. Словом, старообрядцы были источником доходов и для правительства, и для духовенства. Однако никакими гражданскими правами в государстве они не пользовались. Старообрядцы делились на так называемых «записных» и «незаписных». Записными назывались те, кто состоял на особом учете и платил двойной налог; незаписные жили тайно, их довили и ссылали на каторгу как врагов церкви и государства, несмотря на то, что они были самыми верными сынами своего отечества.

Весьма тяжело жилось русским православным людям при этом царе. В таком же положении они находились и при преемниках Петра. Только в царствование Екатерины II (1762- 1796) старообрядцы вздохнули несколько свободнее. Но к концу царствования Александра I опять начали появляться указы, стесняющие духовную жизнь старообрядчества. При царе Николае I (1825-1855) старообрядцы жестоко преследовались. Только события, связанные с революцией 1905 го¬да, дали старообрядцам возможность открыто устраивать в родном отечестве крестные ходы, иметь колокольный звон, организовывать общины. Но до самого 1917 г. старообрядцы так и не получили полной религиозной свободы. Не было признано их священство, не были отменены статьи уголовного закона, карающие за присоединение новообрядцев к старообрядчеству, им не было разрешено открыто проповедовать свою веру, занимать ответственные административные должности, не дано было право старообрядческим учителям преподавать в общих народных школах.

ДУХОВНЫЕ ЦЕНТРЫ

Духовными центрами старообрядчества назывались такие поселения, где сосредоточены были духовные силы церкви, и где была возможность осуществлять духовную деятельность. Это были преимущественно монастыри и скиты.

Из Москвы и других крупных городов христиане вынуждены были бежать на далекие окраины России, часто и совсем не заселенные места. Где они оседали, сейчас же в той местности создавались монастыри и скиты, которые становились источником духовной жизни. Отсюда шло руководство церковью, из монастырей рассылались священники на приходы. Отсюда же посылалось св. миро, здесь составлялись всякого рода послания к христианам, писались сочинения в защиту старообрядчества, воспитывались и самые защитники и проповедники древлеправославной веры. В некоторых местах возникало много скитов и монастырей – по нескольку десятков, с многими сотнями иночествующих подвижников. Они объединялись под руководство наиболее крупного и авторитетного монастыря. Таких духовных центров в старообрядчестве было несколько. Наиболее прославились своей церковной деятельностью следующие центры: Керженец, Стародубье, Ветка, Иргиз и Рогожское кладбище в Москве.

РАЗДЕЛЕНИЯ В СТАРООБРЯДЧЕСТВЕ

Реформа патриарха Никона и последовавшие затем страшные гонения породили в умах тогдашнего верующего народа тревогу и брожение. Многие христиане стали думать, что пришли последние времена и что скоро наступит конец мира. Такое настроение усиливалось и другими обстоятельствами. В 1754 г. в России свирепствовало моровое поветрие: многие города опустели, оставшиеся в живых люди разбрелись в разные места, умерших от чумы хоронить было некому, трупы разлагались, заражая воздух зловонием и еще сильнее распространяя заразу. Некоторые деревни вымирали поголовно; поля оставались незасеянными; в стране царил голод, цены поднялись необычайно, К тому же рано ударили сильные морозы, пронеслись страшные бури, поля повыбивало градом... Все это до такой степени подействовало на верующих людей, что многие из них признали в этих грозных явлениях начало Страшного суда Божия. Народ по ночам молился, женщины и дети плакали, некоторые заживо ложились и гроба, ожидая скорого Христова пришествия. Но так как перед концом мира, по Священному Писанию, должен явиться антихрист, то некоторые христиане того времени стали указывать на Никона как на антихриста, выискивая в нем признаки последнего.

Но так как и после Никона гонения на христиан-старообрядцев не прекращались, то многие продолжали верить, что действительно наступили последние времена. В среде гонимых христиан появилось новое представление об антихристе: его нужно понимать духовно, антихриста как особой личности не будет, и царство антихриста уже наступило. Это новое учение об антихристе вызвало в старообрядческой церкви разделение, которого, может быть, и не последовало бы, если бы старообрядцы имели возможность беспрепятственно собираться для обсуждения церковных вопросов и приходить к единомыслию в их решении. Но им приходилось скрываться в лесах и пустынях, жить среди лишений, бедствий и несчастий. Поэтому они и не могли предотвратить разделение и своей родной церкви.

Вместе с новым понятием об антихристе возникло и новое учение о священстве. Некоторые из старообрядцев стали учить, что священство окончательно прекратилось и безвозвратно погибло: не стало истинных священников, все они стали слугами антихриста. Таким образом, в старообрядческой среде стало оформляться течение, которое получило название «беспоповства».

ЕДИНОВЕРИЕ

Между старообрядчеством и новообрядческой церковью существовала особая переходная церковь, так называемая единоверческая. Она была подчинена архиереям новообрядческой церкви, но совершала службы по старым книгам и все обряды, церковные чины и обычаи имела старообрядческие. Принадлежащие к этой церкви христиане назывались единоверцами.

В настоящее время единоверческая церковь практически прекратила свое самостоятельное существование, слившись с новообрядческой.

БЕЛОКРИНИЦКАЯ ИЕРАРХИЯ

Гонения на старообрядцев длились уже около 200 лет, то ослабевая, то снова усиливаясь, приобретя особо жестокий характер при Николае I. Поэтому старообрядцы не считали возможным устраивать архиерейскую кафедру в России, где недремлющее око властей зорко следило за появлением даже дозволенных священников.

Старообрядцы, принимавшие священников от новообрядческой церкви, постоянно стремились к тому, чтобы восстановить спою трехчинную иерархию. Наконец, эти надежды сбылись. 28 октября 1846 г. присоединился к старообрядчеству Босно-Сараевский митрополит Амвросий. Это важнейшее в летописях старообрядчества событие произошло в Белой Кринице, в Австрии. Этим событием завершился трудный путь искания старообрядцами своего епископа, который и возглавил вдовствующую старообрядческую церковь, дав ей полноту трехчинной иерархии.

Присоединение митрополита Амвросия к старообрядчеству было большим торжеством Церкви Христовой. Русское правительство принимало все меры к тому, чтобы уничтожить Белокриницкую иерархию. Оно не ограничилось одними только гонениями, были пущены в ход и разного рода нелепые слухи, вымыслы и клевета против старообрядческой иерархии и против самого митрополита Амвросия. Защитники старообрядческой церкви не имели в то время возможности своевременно и повсюду опровергать эти низкие клеветы, так как тогда строжайше воспрещалось что-либо печатать в защиту старообрядчества. Воспрещалась старообрядцам и собираться для обсуждения своих неотложных церковно-общественных вопросов, для выяснения своих сомнений и недоразумений. Поэтому, как ни вздорны были эти слухи и вымыслы, они кое-где имели успех: легковерные люди поверили им. Вследствие этого некоторые старообрядческие приходы не приняли Белокриницкой иерархии.

Митрополит Амвросий поставил себе преемников: митрополита Кирила и других епископов в Австрии, а митрополит Кирил поставил на Москву архиепископа Антония (Шутова).

Так была основана Московская Старообрядческая Архиепископия в 1853 г. Из-за жестоких гонений при царском правительстве, а затем из-за богоборчества и насильственной коллективизации 20-30-х годов старообрядцы во множестве бежали за границу. Их потомки сейчас живут в Австралии, Канаде, США, Аргентине, Бразилии и других странах. Особенно много старообрядцев в Румынии, где имеется самостоятельная старообрядческая митрополия. В настоящее время во главе ее стоит митрополит Тимон.

Библиотека журнала «Церковь»
Издание старообрядческой Митрополии московской и всея Руси, 1991 год

Краткая история древлеправославной (старообрядческой) церкви Мельников Федор Евфимьевич

Предисловие от издателя. История написания книги и биография автора.

Предисловие от издателя.

Судьба книги, которую вы держите в руках, как и судьба ее автора, необычна. Необычна прежде всего потому, что несмотря на широчайшую известность в старообрядчестве как в прошлом, так и в настоящем, имени автора Федора Евфимьевича Мельникова, она видит свет впервые - впервые после того, как рукопись "Истории" в ее машинописном варианте была передана в московскую митрополию из румынской, где этот основательный труд хранился после смерти автора. В 1996 г. по благословению о. Леонида (Гусева), настоятеля Покровского собора, что на Рогожском Кладбище в Москве, копия этой рукописи была привезена в Барнаул, где и началась работа по подготовке ее к печати. .

Федор Евфимьевич Мельников родился в 1874 г. в г. Новозыбкове (в настоящее время это город в Брянской области), который в прошлом являлся одной из слобод знаменитого Стародубья, крупнейшего старообрядческого центра. Отец его, священник о. Евфимий, пользовался в Стародубье известностью как один из самых начитанных и деятельных пастырей, трудами и усилиями которого многие беглопоповские общины были присоединены к старообрядческой Церкви. Благодаря своему отцу, друзьями и единомышленниками которого были замечательные личности, авторитетные не только в старообрядческой среде, такие, как Ксенос, автор полемических, догматических и исторических сочинений о старообрядчестве, Федор и его старший брат Василий еще в юности получили "предварительные познания" из святоотеческой и богословской литературы по многим вопросам веры. Полученные с детства серьезные знания, а также общение со священноиноком, будущим епископом, Арсением (О. В. Швецовым) позволили Федору уже с юных лет встать на путь начетничества и в спорах с миссионерами никонианской церкви отстаивать правоту старой веры. Многие годы его соратником в этом святом деле был брат Василий. "Сражения" с миссионерами проходили сначала в родном Новозыбкове, а затем и в других приходах Стародубья, где рядом с братьями Мельниковыми встал еще один ученик владыки Арсения - Иван Усов, впоследствии епископ Иннокентий. Как позднее напишет Федор Евфимьевич, "этим стародубским трио были сведены на нет все усилия совращать старообрядцев". Вскоре их начетническая деятельность распространилась далеко за пределы Стародубья: образованных юношей стали приглашать для бесед с миссионерами на Кавказ, в Бессарабию, в Москву.

С Москвой, как ведущим центром российского старообрядчества, связан основной и, пожалуй, наиболее яркий период деятельности и творчества Федора Мельникова. Именно в Москве, в этой древней русской столице, во всю мощь проявились его организаторские способности, писательский талант и заряд духовной энергии, позволявший ему браться за многое и многое совершать. Он был созвучен эпохе, о которой сам же писал: "Это была... эпоха творческая, своеобразно-стильная, торжествующая". В этот период культурная жизнь кипела в столице, где, перефразируя И. С. Аксакова, можно сказать, свободно общались мысль и слово - и в стороне от ярких событий рубежа XIX - XX вв. не могли оказаться старообрядцы, воплотившие "дух русского народа" (как некогда заметил другой славянофил, А. С. Хомяков), которые благодаря особенности своего мироовосприятия одинаково целостно ощущали не только древние предания, но и "живую реальность", по словам В. В. Розанова, современника Ф.Е. Мельникова. В Москве Федор Мельников, не оставляя начетничества, занялся активной общественной деятельностью. Особенно многогранной она была в период от Указа о началах веротерпимости, обнародованного в апреле 1905 г., до осени 1917 г. - в "золотой период старообрядчества", как определил его сам Федор Евфимьевич. Постоянное сотрудничество в многочисленных старообрядческих периодических изданиях; членство в Союзе старообрядческих начетчиков; должности председателя начетнической комиссии при московском Братстве Честнаго и Животворящего Креста, секретаря Совета общины Рогожского Кладбища; работа над созданием ряда сочинений, книг - вот далеко не полный круг деятельности Ф.Е. Мельникова. Не случайно еще при жизни он был известен как "апостол Белокриницкой иерархии" - такие слова из уст "противника", миссионера никонианской церкви, - похвала, и похвала серьезная.

В последнее десятилетие до переворота 1917 г. Ф. Мельникову также пришлось много ездить по стране. Дорога привела его в Сибирь, давно известную людьми сильного и вольнолюбивого характера, "строгого темперамента", среди которых немалую долю составляли старообрядцы. Потрудился Мельников и на Алтае. Так, в мае 1903 г. вместе с другим защитником древлеправославия, В.Т. Зеленковым, он провел ряд бесед с миссионерами. Замечательно, что после них отдельные "последователи никонианства" высказали откровенную симпатию по отношению к старообрядчеству. Это можно было считать очередным поражением никониан в давнем споре. Не менее "разгромные" для них беседы провел Ф.Е. Мельников на Алтае и в 1906 г.

Постоянно возвращаясь в Москву из своих поездок, Мельников и там не оставлял просветительской деятельности. Однако отстраненный за свои выступления, направленные против вульгарного материализма, от должности директора старообрядческого Учительского института, Мельников осенью 1918 г. вынужден был навсегда оставить Москву и снова приехать в Барнаул. Здесь на очередном съезде старообрядцев Томско-Алтайской епархии он выступил с инициативой издания журнала "Сибирский старообрядец", целью которого явилось бы "укрепление христианства и возрождение великой, единой и независимой России". В программной статье "Задачи журнала" пророчески писалось: "Россия может и должна возродиться только на религиозных основах и национальных началах. Без религии, без национальных чувств, не может существовать ни один народ в мире". Практически журнал в течение года, до своего вынужденного закрытия, был своеобразным медиатором, способствующим объединению всех, кого заботили судьбы России, в том числе, и старообрядцев всех согласий.

Справедливо опасаясь преследований от вернувшихся к власти большевиков, Федор Евфимьевич вынужден был уехать из Барнаула, чтобы скрыться в таежных скитах и на отдаленных заимках. Но и там он не оставлял писательской и издательской деятельности. Заочно приговоренный к расстрелу томским губернским "нарсудом", через некоторое время Мельников едет на Кавказ, а затем эмигрирует в Румынию, где долгое время живет в старообрядческом Мануиловском монастыре, продолжая много работать там он и упокоился в 1960 г.

Как писал Ф.Е. Мельников, "всякая эпоха выдвигала своих деятелей, которые для этого времени и родились или созданы". Эти слова, относящиеся к одному из самых трагических и сложнейших в истории старообрядчества периодов - времени царствования Николая I, вполне можно отнести и к самому Мельникову. Он неоднократно указывал в публикуемой работе, что это лишь "краткая история" и обо всем в ней "говорится кратко", тем не менее, нет ни одного вопроса, касающегося как самого старообрядчества, так и его существования в поликонфессиональных условиях, в контексте диалога культур, который бы Мельников обошел своим вниманием.

На протяжении всей своей многотрудной жизни он был не просто свидетелем, но и непременным участником многих событий, запечатленных им на страницах его "Истории". Возможно, это одна из самых последних завершенных работ Федора Евфимьевича. Рукопись не датирована автором, но по отдельным высказываниям в сносках и главах можно предположить, что книга написана в период с конца 1930-х до конца 1940-х гг. Так, в главе "Белокриницкая митрополия" автор называет ряд соборов Белокриницкой митрополии второй половины 30-х гг., участником которых он был, и захват ее большевиками 30 июня 1940 г. Упоминает как "ныне здравствующего" 5-го Славского епископа Савватия, как известно, упокоившегося не ранее 1942 г. Указывает на Парижский съезд русских трудящихся христиан, как "прошедший в прошлом году", т.е. в 1939 г. Одной из верхних дат можно считать 13 мая 1947 г., когда в печатном органе правительства Румынии был опубликован Статут, в котором излагалась история старообрядчества, его вероучительные особенности. Документ был составлен самим Ф.Е. Мельниковым. Сказавшиеся на здоровье годы борьбы и лишений не смогли помешать необходимости вновь и вновь браться за перо, а переживания из-за насилий, творимых безбожным режимом над Родиной и Церковью, возвращали его к написанному ранее. Писатель Ф.Е. Мельников стремился прежде всего показать, что труд и вера в торжество Церкви Христовой способны творить чудеса, что им не могут противостоять никакие силы, какой бы видимой несокрушимостью они ни обладали. Эту веру Ф.Е. Мельников пронес через всю свою жизнь, утверждая ее своей деятельностью и творчеством.

Наше время - время оскудения веры и любви, мельчания идеалов, мельчания личности. Личность же, чтобы раскрыть себя во всей полноте и силе, должна быть связана с Церковью. Именно эта черта была в полной мере присуща Ф.Е. Мельникову. Он не числился в церкви, он жил ею, и жил для нее. Как всякий старообрядец, осознающий ответственность христианина, Мельников чувствовал себя частью живого цельного церковного организма. Безусловным пафосом книги является призыв к единению как представителей господствующей церкви, так и различных течениий староверия. По мнению Ф. Мельникова, объединение - это не только декларативный призыв, но глубоко осознанное, искреннее стремление сохранить древлеправославие во всей чистоте канонического и соборного начал Церкви.

Структура "Истории" традиционна для апологетических сочинений старообрядцев, в которых авторы стремятся показать, что полнота истины Христовой была воспринята с крещением Руси. Она могла быть окончательно разрушена "затейками" п. Никона, а затем незаконными решениями соборов 1666-1667 гг., но протест "столбовых русских людей", собирателей русского государства, первопроходцев российских окраин - старообрядцев - помешал этому произойти. Именно этим носителям "обаятельного образа святой Руси" удалось вынести жесточайшие преследования, ценой собственных страданий и жизней отстоять то, что составляет духовную сокровищницу Православия, с которой оно пребудет до скончания века. Горячей верой и бесконечной надеждой на это пропитана буквально каждая страница книги, написанной ярким, эмоциональным, образным языком.

При подготовке текста к печати издатели стремились, насколько возможно, сохранить особенности авторского стиля. Кроме сложностей в расшифровке многих "слепых" страниц рукописи, где текст с трудом поддавался прочтению и приходилось буквально по контексту восстанавливать смысл напечатанного, трудность представлял вопрос "расшифровки" и транскрипции имен собственных, географических названий и терминов, современное написание которых, вероятно, отличается от употребляемых Ф.Е. Мельниковым. В отдельных местах текст был утрачен, т.к. обветшавшие страницы оригинала были разорваны или от них оторваны целые куски. В этих, как и в местах, где не представлялось возможным безболезненно реконструировать авторский текст, в квадратных скобках сделаны отточия. Так же в квадратные скобки заключены и подобранные по контексту слова. В некоторых местах сделаны редакторские дополнения, хотя они не заменяют развернутого комментария, работа над которым ведется и требует немало времени. Сейчас же хочется как можно скорее донести настоящую книгу до читателя.

Л.С. Дементьева, Н.А. Старухин

Из книги В объятиях Шамбалы автора Мулдашев Эрнст Рифгатович

Предисловие автора Шел 1999-й год. Российская экспедиция на Тибет продолжалась. Мы разбили лагерь на подступах к легендарному Городу Богов.Ночью я неожиданно проснулся. Я лежал в палатке, закинув руки за голову, удивляясь тому, что голова легко и четко работает.- Эх, если бы

Из книги Шамбала: священный путь воина автора Трунгпа Ринпоче Чогьям

Предисловие американского издателя Чогьям Трунгпа известен западному читателю прежде всего как автор популярных книг по буддизму, включая «Преодоление духовного материализма», «Миф свободы» и «Медитация е действии». Предлагаемая вашему вниманию «Шамбала»

Из книги Комментарий на «37 практик Бодхисаттв» автора Гьяцо Тензин

Предисловие издателя «37 практик Бодхисаттв» Нгульчу Гьялсэ Тхогме Зангпо входят в собрание писаний традиции трансформации сознания лоджонг, но также могут быть истолкованы и в контексте традиции поэтапного пути ламрим. Этот труд – важная веха в истории развития

Из книги Сакральная Азия: традиции и сюжеты автора Ананда Атма

Все книги автора США Atma Ananda. Kali-Bali. Time-Shift in Eternal Spirit. Charleston, 2010. – На английском. Atma Ananda. Karma Mastery. Daily Reincarnation. Charleston, 2010. – На английском. Shanti Nathini. Hatha Yoga Practice. Disciple against Wall. Charleston, 2007; 2008. – На английском. Shanti Nathini. Taoist Female Practice. Period of Preparation. Charleston, 2008; 2009. – На

Из книги Новый Библейский Комментарий Часть 1 (Ветхий Завет) автора Карсон Дональд

Автор и время написания книги Мнения ученых по вопросу датировки и авторства этого произведения расходятся, поскольку они пользуются различными методами определения.Некоторые ученые вслед за Талмудом (ок. 500 г. н. э.) считают автором этой книги самого Иисуса Навина. Их

Из книги Новый Библейский Комментарий Часть 2 (Ветхий Завет) автора Карсон Дональд

Происхождение и дата написания Книги Судей Ученые расходятся во мнениях относительно самого факта возникновения Книги Судей в том виде, в каком мы имеем ее сейчас, то есть относительно времени ее написания. Согласно еврейской традиции, книга была написана пророком

Из книги Безумная мудрость автора Трунгпа Ринпоче Чогьям

Цели написания книги Трудно свести к чему–либо одному значение Книги Плача Иеремии. Книга утверждает, что несчастье, с богословской точки зрения, - справедливое возмездие за человеческую греховность. Это основано на древнем завете, подразумевавшем, что непослушание

Из книги Толковая Библия. Том 5 автора Лопухин Александр

Дата написания книги В отличие от большинства других пророческих посланий Ветхого Завета в Книге Пророка Малахии нет ясного указания на время ее написания. Тем не менее большинство исследователей согласны, что Малахия, по всей видимости, был современником Неемии и

Из книги Библейские вольнодумцы автора Рижский Моисей Иосифович

Предисловие американского издателя В декабре 1972 года Досточтимый Чогьям Трунгпа Ринпоче провёл два семинара, посвящённые «безумной мудрости». Каждый длился около недели. Первый семинар прошёл в обычно пустующей курортной гостинице в Тетонсе, рядом с Джексон Хоул, штат

Из книги Удаленный контакт. Сборник рассказов автора Соколов Юрий Юрьевич

Одна из версий о происхождении и времени написания Книги Екклезиаста Ниже можно изложить одну из версий (небесспорную, конечно) о происхождении и времени написания Книги Екклезиаста.Книга Екклезиаста в надписании своем (1:1) усвояется Соломону. Но само по себе надписание

Из книги Исламское мировоззрение автора Мутаххари Муртаза

Книга Екклезиаста и ее автор Время и место написания. Обстановка. Структура книги Библейская Книга Екклезиаста в русском переводе начинается так: "Слова Екклезиаста, сына Давидова, царя в Иерусалиме". В оригинальном древнееврейском тексте вместо "Екклезиаст" стоит слово

Из книги Дзэн и просветление. Внутренний путь к свободе автора Кын Сыним Тэхэнь

Из книги Читаем Пророческие книги Ветхого Завета автора Михалицын Павел Евгеньевич

Предисловие от издателя Уважаемый читатель, Вашему вниманию предлагается переиздание работы великого иранского ученого Муртазы Мутаххари «Исламское мировоззрение». Книга посвящена определению основных принципов монотеистической картины мира и объяснению ее

Из книги автора

Предисловие издателя Как помочь людям пробудиться ото сна? Данная проблема стоит перед пробужденными с незапамятных времен. Познав вкус свободы, они не намерены оставлять других позади. Они думают примерно так: «Когда я находился в неведении, я так же страдал, как сейчас

Из книги автора

Автор и время написания книги Содержание книги свидетельствует о том, что ее элегии (плачевные песни) написаны автором, находящимся под живым впечатлением только что совершившейся катастрофы. В 2, 7 еще как бы звучит шум ворвавшихся завоевателей, в 2, 9 очень наглядно

Из книги автора

Автор и время написания книги Авторство Даниила никогда не оспаривалось.Христианская Церковь засвидетельствовала подлинность книги пророка Даниила устами своего Божественного Основателя. «Итак, – говорит Христос Своим ученикам, – когда увидите мерзость запустения,

Социолог Макс Вебер, исследуя истоки развития капитализма в Европе, связал это с протестантизмом. В России конца XIX века – начала XX века протестанты не были значимой силой, но локомотив прогресса понёсся на всех парах. Кочегарами и машинистами выступили российские старообрядцы.

В противостоянии с государством

В своей книге 2017 года «Антискрепа» доктор экономических наук Никита Кричевский описал историю и феномен старообрядцев не с точки зрения духовно-религиозной, а социально– экономической. Пожалуй, со времён Мельникова-Печерского вряд ли кто в России так подробно исследовал быт, менталитет и деловой оборот старообрядцев. Так что мы будем в статье опираться на данные этой работы, если иное не оговорено специально.

Государство и церковь веками преследовали старообрядцев, что выковало у них не только несгибаемый характер перед лицом невзгод, но и умение максимально эффективно использовать имеющиеся небогатые ресурсы и изобретательно подходить к вопросам выживания. Чтобы выжить и сохранить веру, людям приходилось упорно трудиться, одновременно ограничивая себя во всем.

Основой социальной структуры старообрядцев служила община, которая не только выносила решения о том или ином человеке, но и давала достойным всю возможную помощь. Многие старообрядцы, ставшие видными промышленниками и купцами, получили стартовый капитал от общины, не прибегая к займам у государства или коммерческих банков. Работали старообрядцы с теми, кого они хорошо знали. Принадлежность к одной общине не позволяли отношениям «работник – хозяин» доходить до критической черты, что серьёзно снижало издержки и риски. Кроме того, старообрядец не оказывался один на один с внешней агрессивной средой, но имел незримую, но реальную поддержку сообщества.

На начало XX века в руках представителей старообрядчества было сосредоточено 64% всего российского капитала. В период, когда Российская империя выходила на 1 место в мире по темпам экономического развития, старообрядцами были свыше 2/3 всех отечественных предпринимателей-миллионеров.

Совсем иной была роль женщины у старообрядцев. Часто жена и мать семейства становилась равноправным партнёром, а в случае смерти мужа – наследовала дело, без раздела его между детьми, что способствовало росту капитализации и продолжению успешной истории предприятия, в широком смысле слова.

Старообрядцы осваивали Урал, Сибирь и Дальний Восток, опираясь на общинную структуру. История развития старообрядчества в местах нового освоения, - это история адаптации, сохранения и развития в новых социально-экономических, экологических, демографических условиях народной культуры в ее локальном варианте, пишет доктор исторических наук Юлия Аргудяева.

Прерванный взлёт

Расцвету экономической мощи старообрядцев способствовала отмена в 1905 году официального преследования за веру. Старообрядцы очень быстро почувствовали необходимость социальных преобразований. В 1910 – 11 годах в Нижнем Новгороде прошли всероссийские политические съезды старообрядцев, писали нижегородские газеты той поры, где вырабатывалась повестка дня на ближайшее время.

Практически всё поволжское купечество и существенная часть промышленников были старообрядцами, что влияло на деловые обычаи – именно в этой среде было принято верить на слово и не заключать письменных договоров. Хлебопромышленник Бугров не вёл никаких записей, держа в голове все нюансы своего непростого дела. Во многом, это был отголосок прежних преследований, когда в любой момент могло понадобиться сняться с места и бежать, и бумаги просто некогда было бы собирать и не в чем перевозить. А взаимное доверие рождалось из-за плотности ткани бытия – соверши неприглядное и община тебя отторгнет, невзирая на все миллионы. Кто тебя защитит, и кому ты будешь нужен?

Кроме того, часто богатые старообрядцы выступали своего рода лицом или, если угодно, ширмой для капитала – им владела община, а «миллионер» был не собственником, а номинальным держателем. Своего рода внутренний оффшор.

Были среди старообрядцев и мыслители. Так, Василий Кокорев в 1887 году в своей книге «Экономические провалы» обосновывал необходимость развития отечественной промышленности и инвестиций в создание собственных производств, порицая увлечение внешними кредитами и чисто финансовой стороной дела. Наш современник Лев Лурье в книге «Питерщики» показал огромный вклад приезжего крестьянства в развитие процветание тогдашней столицы империи в начале XX века. И в городе старообрядцы продолжали опираться на общину, на земляков и родственников, но быстро адаптировались к иному ритму и образу жизни. В Центральной России около половины шерстяных и шерстоткацких предприятий принадлежали старообрядцам.

Как сформулировал известный экономист-историк Александр Гершенкрон: «Сторонники религиозной неподвижности, фанатичные враги церковных реформ, иррациональные приверженцы буквы и обряда оказались энергичными модернизаторами с чисто рациональными экономическими целями».

Данила Расков, кандидат экономических наук, доцент кафедры экономической теории Санкт-Петербургского государственного университета отмечает, что старообрядческий проект модернизации экономики России в полной мере не смог состояться. И эта проблематика ещё ждёт глубокого исследования.

Публикации раздела Традиции

Священная история и раскол в старообрядческих нарративах (по материалам полевых исследований среди старообрядцев Урало-Поволжья)

У стные предания старообрядцев Урало-Поволжья, рассуждения на исторические темы, уникальные пересказы популярных сюжетов из Священного Писания.

Полевые этнографические материалы, собранные нами в 1996–2006 гг. среди старообрядцев Урало-Поволжья (русских, коми-пермяков и мордвы) на территории Республики Башкортостан, Оренбургской, Челябинской, Пермской и Кировской областей РФ, включают различные устные произведения. Это записи рассуждений информаторов на исторические темы, пересказы популярных сюжетов из Священного Писания. Большинство их имеет письменные аналоги как канонического, так и апокрифического характера, однако при этом они являют собой примеры довольно свободной интерпретации известных текстов, построенные по законам развития традиционного или мифологизированного сознания.

Старообрядчество как общественно-религиозное движение возникло в конце XVII в. в результате церковной реформы, инициированной патриархом Никоном (1652–1658 гг.) и направленной на унификацию обрядов по новогреческому образцу. В ходе реформы вносились правки в старопечатные книги, и изменялся устав церковной службы. Реформаторская деятельность Никона вызвала резкое сопротивление у части духовенства и мирян. На фоне сложившейся в общественном сознании того времени концепции об особой миссии Руси как единственной хранительницы православия (теория «Москва – Третий Рим») новшества воспринимались отказом от соблюдения чистоты православной веры. В 1666 г. решением Собора все нововведения Никона были узаконены, а сторонники древнего богослужения (старообрядцы) преданы анафеме.

Уже в конце XVII в. старообрядчество столкнулось с необходимостью решения целого ряда мировоззренческих и организационных проблем. С уменьшением числа духовников дониконовского поставления остро встал вопрос об отношении к самому институту священства, разделивший старообрядчество на два направления – поповщину и беспоповщину. Поповцы сочли возможным принимать «беглых попов» от господствующей церкви, а беспоповцы, считавшие послереформенную церковь лишенной благодати, предпочли совсем отказаться от таинств, для исполнения которых требовался священник. В результате дальнейших догматических споров эти течения, в свою очередь, распались на множество толков и согласий.

С момента возникновения старообрядчество формировалось как своеобразный этнокультурный феномен, на одном полюсе которого находится книжная церковная культура, на другом – народная бытовая. По выражению Н.И. Толстого, взаимодействие этих двух начал – книжного и народного – порождает сложные в семантическом и формальном отношении структуры.

Вопрос об использовании даже наиболее «историчных» фольклорных жанров (эпосы, исторические песни и т.д.) для реконструкции реальных событий далекого прошлого всегда был дискуссионным, так как творчество основывается на особых художественных закономерностях, прежде всего повторяемости архаических моделей. В этой связи «исторические» тексты старообрядцев, включающие сюжеты из священной истории и истории собственно раскола, мы бы хотели рассматривать исключительно как источники для исследования особенностей их мировоззрения.

Никольский храм старообрядцев-поповцев в с. Ваньково.

Старообрядцы, как и другие конфессиональные группы, видят окружающий мир сквозь призму Священного Писания, к которому обращаются в разнообразных ситуациях, для объяснения тех или иных явлений, принятия важных решений, подтверждения собственных суждений и т.д. При этом образуются вторичные тексты (метатексты), которые через индивидуальную характеристику рассказчика (информанта), через используемые им риторические приемы, выбор сюжетов, ключевых слов, акцентирование на тех или иных событиях, отражают ментальные особенности всего сообщества.

Можно выделить два типа источников, на основе которых создаются современные исторические предания. Это традиционные устойчивые сюжеты, которые фиксировались еще собирателями XIX – начала XX в., почерпнутые из священных текстов (Библия, Жития святых, Минеи и др.), различных апокрифов, рукописных повестей, духовных стихов, лубочных картинок. Другой тип источников уже современный и отличающийся огромным разнообразием. Импульсом для живого народного творчества могут стать теле- и радиопередачи «о божественном», проповеди священников, газетные и журнальные статьи, иллюстрации в учебниках и т.д. Кроме того, в «божественном» ключе могут интерпретироваться и истории из светской литературы, и услышанные от односельчан, знакомых или соседей обычные житейские ситуации.

Соотношение между письменным и устным текстом может быть различным. Как правило, это зависит от личности рассказчика. Наибольшая степень близости к тексту-оригиналу характерна для нарративов, записанных от наставников, священников или рядовых членов общин, хорошо знакомых со Священным Писанием. Устойчивость и сходство образов питается книжной традицией, однако способы их межпоколенной трансляции, как показывают наблюдения, во многом опираются на развитую устную культуру. Нередко рассказчиками делаются лишь опосредованные ссылки на письменные источники. Их знакомство с текстами происходило не путем самостоятельного изучения (чтения), а в процессе слушания и закрепления в памяти. Информация могла быть получена много лет назад, в детстве, от старших родственников:

«Нам дед книгу такую читал, там много интересного пишут, да нету у нас теперь книг тех»; «Нам старики рассказывали, у них книги такие были, специальные».

Собственно, для народной традиции не представляет существенной разницы, в какой именно книге была записана пересказываемая история. Делается ссылка на книгу вообще, книгу, содержащую сакральную информацию обо всем, любое знание в области христианства. К характеристике такой «Книги» обычно прибавляется эпитет «старинный» – в «старинных книгах писано». В старообрядческой культуре старое, в противоположность новому, равнозначно безусловно правильному, авторитетному, проверенному временем. Для подтверждения истинности рассказа зачастую используется двойная апелляция к «старому»:

«Это из старинных книг все взято. Старые люди рассказывали. Они ведь ближе к божественному-то были, не как мы теперь».

Как показывают наши полевые материалы, в старообрядческой «народной Библии» преобладают евангелические сюжеты. Ветхозаветные предания представлены рассказами о сотворении мира, человека, происхождении добра и зла, распространены мотивы о потопе и строительстве Вавилонской башни. Выделить и как-то классифицировать отдельные мотивы бывает довольно сложно, так как в текстах выражена тенденция объединения в единый нарратив разных по содержанию и происхождению сюжетов.

Вот один из типичных рассказов о сотворении мира, записанный у коми-зюздинцев, где довольно лаконично объединяются мотивы о сотворении мира, создании первых людей и грехопадении:

«Ничего не было сначала. Все Дух святой сотворил. Сотворил небо и землю, отличил воду, разделил ее. А потом людей, Адама и Еву. Из земли Адама сотворил и вдунул в него душу. А потом он уснул, и он из его ребро достал и Еву сотворил. И вот стали жить. Сотворил сад, рай и какой-то плод там был. Яблоко. И он им запретил: «Вот это вы не ешьте, это зло». А бес притворился змеем или как, забыла. Или человеком. Змей там был. «Съешь яблоко». Она сначала отказывалась. А потом съела. Съела она этот плод, и у нее глаза открылись и видеть стала самое себя голую, стала закрываться. Сама съела и Адама накормила. И потом Бог их проклял и на землю отправил: «Будете своим трудом зарабатывать, будете детей рожать в болезни»». Сравним с текстом, записанным у русских старообрядцев в этом же регионе (Афанасьевский р-н Кировской обл.): «Вот так он целую землю нашу создал. Из ничего... Да ведь Бог сам, он ведь какой всесильный. Наше солнце появилось не само, нет, не само. Его Бог наш Господь создал, и ведь еще до того, как человека создал...»

Приведенные тексты, как и многие другие, практически идентичны письменному оригиналу (Библия, Книга Бытия), однако их продолжение довольно далеко от канона и содержит элементы архаических дуалистических верований. Согласно этой версии, у Бога был брат, отношения с которым складывались не совсем гладко. В первом примере брат потребовал себе часть мира, «свой пай», результатом ссоры стало появление ада: «Господь от сотворил небо. А этот брат еще выше взлетел и еще небо сотворил. Господь еще выше взлетел и еще небо сотворил. Потом сдвинул этого брата, и тот глубоко в землю ушел. И уходит, уходит, уходит, и вспомнил, молитву сотворил. Исусову. И остановился. А Бог ему сказал: «Живые люди мои будут, а мертвые – твои». Хоть грешники, хоть не грешники, все были у беса». Здесь древние мифологические представления (сотворение мира братьями-демиургами) тесно переплетаются с христианской традицией: сотворение Иисусовой молитвы как средство спасения в сложной ситуации. (Ср.: «Исусова молитва со дна моря достанет».) Далее, согласно легенде, Иисус спускается в ад и выводит оттуда людей, пообещав хозяину ада наполнить его владения пьяницами и блудницами. Подобные мотивы бытуют и у старообрядцев коми-зырян на Верхней Вычегде и Печоре, только ад заполняется людьми, употребляющими табак. Таким образом обосновывается известный у старообрядцев запрет на курение. Второй (русский) текст также содержит описание противоборства двух братьев (Бога и Сатанаила), появления зла на земле (из дырки, сделанной плохим братом), их соперничества из-за влияния на человека.

Глава Старообрядческой Церкви митрополит Корнилий

Довольно распространены у различных групп старообрядцев устные вариации на тему о потопе и Ноевом ковчеге с характерным мотивом о проникновении на ковчег зла или беса из-за ссоры Ноя с женой. Мотив, по всей видимости, восходит к Толковой Палее (XV в.). В составе нарратива содержится несколько этиологических легенд, объясняющих, почему к разным животным, бывшим на ковчеге, нужно относиться хорошо или, наоборот, плохо. Например: «Мышка, если попадет в посуду, надо посуду выбросить. Она нехорошее животное. В ковчеге стала грызть пол. Тигр чихнул, из ноздрей выскочила кошка и побежала за мышкой. А лягушка села на дыру, закрыла собой, потому ковчег не утонул. Они спасли людей. Их надо уважать».
Нарративная мотивация некоторых религиозных и бытовых запретов и предписаний, их морализаторский аспект, встречаются и в евангельских сюжетах. Например, запрет стирать и вообще работать в церковные праздники: «Мария Магдалина, блудница, собралась в церковь на пригорке. Там плескалась женщина, и она осудила грешницу, ну, мысленно осудила. Та ушла в пустыню. А осуждавшая полоскала в большой праздник. Сама осудила, а сама тоже не по правилам. Попала в ад».

Характерной чертой устных пересказов священных текстов является упрощение сложных теологических концепций, приближение их к реалиям крестьянской жизни, оперирование понятными, простыми категориями. Так тезис о непорочном зачатии и девственности Богородицы трансформируется следующим образом: «Она (Богородица), когда Исуса Христа родила, дева была. Она и по рождению, и по смерти была дева. Он же у ей не из того места, что у всех вышел, а отсюда... (показывает на подмышку). И по смерти дева». В уста святой девы вкладываются расхожие, распространенные в деревенской среде выражения, которыми она объясняет свое удивление по поводу выпавшей ей миссии: «Богородица говорила за два года раньше: «Если бы я знала, что есть такая девица, что Бога родит, я бы ей ноги мыла и воду пила»». В числе никоновских нововведений было и изменение в начертании имени Бога, его стали писать с двумя «и», старообрядцы сохранили дореформенную форму (Исус).

События священной истории оказываются для старообрядцев непосредственно связанными собственно с историей раскола Православной церкви. Раскол представляется точкой отсчета мировой истории, по которой определяется вектор дальнейшего развития человечества. Начало христианства и появление старой веры совпадают. Именно древность старообрядческого вероучения неопровержимо свидетельствует о его истинности:

«По которой вере Исус Христос родился, по такой вере мы и живем»; «У мирских вера идет с 1666 г, а нашей поморской уже две тысячи лет. Недавно отмечали»; «Наша федосеевская вера была еще до распятия Господа Бога. А потом была борьба с Сатанаилом. Трое суток боролись. Были ангелами, стали бесами».

В ткань повествования вновь вплетается сказочный мотив – борьба доброго и злого начал, братья-демиурги, числовая символика («трое суток боролись»).

Глава Старообрядческой Церкви митрополит Московский и всея Руси Корнилий

Приведенные сюжеты говорят также о развитом субконфессиональном самосознании. Информаторы могут преподносить таким образом не только историю старообрядчества в целом, но и историю своего согласия, поморского, в одном высказывании, и федосеевского – в другом. Суть догматических разногласий, приведших в свое время к образованию согласий и толков, известна большей частью духовным лицам и грамотным старообрядцам, «книжникам», поэтому среди мирян могут встречаться различные толкования. Некоторые могут определить только два основных направления – поповцы и беспоповцы. Возможна «географическая» этимология: «Когда начались гонения на веру, некоторые ушли в Поморье, их стали называть поморцами. Кержаки ушли в керженские леса, поэтому их так называют». Неприятие уничижительного названия «раскольники» проявляется в следующем сюжете: «Была вера – «раскольники». Тогда же при Никоне. Они были склонны к старообрядцам, но чтобы их не убили, но, для блезиру, немножко и туда». Видимо, речь идет о единоверцах, административно относившихся к официальной церкви, но сохранявших старообрядческий устав.

Основной причиной раскола называют исправление церковных книг, которое воспринимается как посягательство на святыню, имеющее необратимые последствия для настоящих христиан: «Изменили все книги. Печатали с ошибками. Изменять нельзя ни слова, апостол Павел еще говорил, ни прибавить, ни убавить, не переставить. Если изменишь, анафема будет. Если изменили, уже не христианин, а еретик».

«Облегчение» веры, ее упрощение, искажение, а также корыстолюбие характеризуют в представлении старообрядцев виновников реформы – Никона и Петра I: «Раньше-то какой-то патриарх Никон он смягчил веру, ему тяжело показалось. Кто тоже захотел полегче, за ним пошли, а староверы – нет. Никонияне говорят, и посты соблюдать не надо»; «Петр I это все сделал. Много хотел доход, а у нас все бесплатно, у нас это не положено». Действия реформаторов, описанные современным языком, совершенно кощунственны, главное в них – профанация святости, пренебрежение к важнейшим, неприкосновенным вещам:

«Никон стал изменять законы старинные. Посадил писать людей неграмотных, пьяные, неграмотные, знаки препинания пропускали, молитвы перепутали. Места пропускали. Кто-то, может, на совесть писал, запьет так человек. Как же им-то святое дело доверили? Разве ж можно так?».

Рассмотрим один из примеров старообрядческой исторической прозы, записанный в г. Миасс Челябинской области от наставника часовенного согласия. Именно у служителей культа – священников, наставников или активных мирян проявляются особая осведомленность в вопросах истории старообрядчества, знание фактологической базы, точных дат и имен лиц, сыгравших в ней важную роль. Круг их чтения довольно разнообразен и, как правило, не ограничивается богослужебной литературой.

Начинается рассказ с описания «страшных времен», которые переживали христиане с приходом патриарха Никона. Они стали следствием исправления книг, ведь святыми отцами сказано: «Ни одной буквы нельзя менять». У Никона был помощник – «Арсен-грек», который и искушал патриарха на увеличение искажений, говорил: «Исправляй как больше». И добавляется: «Как Ленин». На вопрос «Почему как Ленин?» следует объяснение: «Он тоже так говорил: «Чем больше уничтожим попов, тем лучше»». Сравнение основывается на сходстве целей (уничтожить веру) и даже звучания высказываний («тоже так говорил»). Таким образом, здесь проявляется свойственное традиционному сознанию стремление к поиску аналогий к событиям единичным и неординарным или к типизации явлений, их бесконечной повторяемости.

Далее излагается обоснование популярной у старообрядцев идеи об избранничестве России («Москва – Третий Рим»). Повествование строится по известному принципу: сначала от православия отпал Рим, затем после Флорентийской унии – Константинополь и только «Москва, русское государство, сохранила веру до Никона. Аввакума сожгли за того, что не согласился с новыми введениями». Рассказчиком называются факты, действительно имевшие место быть, точные даты. Система аргументации своего видения возводится на апелляции к категориям прежде всего нравственного порядка и, что характерно, подтверждается ссылками на Святое Писание. Так, по его мнению, отступление Рима от истинной веры было обусловлено тем, что «он богатая страна», а богатство лишено святости. Здесь для убедительности приводится евангельская вставка: «Скорее верблюд пролезет через игольное ушко, чем богатый попадет в рай».

Содержание других записанных сюжетов не отличается такой исторической достоверностью, последовательность событий в них периодически нарушается, а участниками могут быть люди, жившие в разные эпохи. Так, основными виновниками разделения церквей иногда называются Никон и Петр I, они предстают сообщниками, действующими в одно время. Нередко звучат фольклорные мотивы: «Собрались люди со всей России решать, какая вера правильная. Долго думали-гадали, как писать, на волоске вера висела. А потом, по антихристову наущению, решили писать, как Никон сказал».

Любопытный нарратив был записан у коми-язьвинцев, в нем тесно переплетаются и мифологизируются локальная история (происхождение местной религиозной общины) и история раскола в целом. Кроме того, текст может послужить источником для анализа специфики этнической и конфессиональной идентичности язьвинцев: «Фактически мы – старообрядцы-беженцы. Там где-то на Дону была большая церковь. Сильно она большая была. Был с неба возглас: «Завтра к вам придет мужик с книгами, иконами. Вы ему голову отрубите». Стали молиться. Идет мужик. Надо было ему голову отрубить, а книги сжечь. Если бы это сделали, их (православных) никониан бы и не было. Стали ругаться. Они (никониане) остались там. А те, кто хотели рубить голову, убежали, вот мы и есть. Коми-пермяки они другие, они не бежали, у них никонская патриаршая вера».

История о Соловецком бунте, которая нашла отражение в целом ряде документальных и художественных памятников, также получила своеобразную трактовку: «К царю пришел ангел и сказал ему: «Разоришь монастырь, лопнешь». Царь не послушался, послал войска, монастырь разорили, а царь Ирод лопнул». Интересно, что главным действующим лицом здесь представлен царь Ирод – библейский персонаж.

Как одну из закономерностей функционирования традиционного сознания исследователи выделяют особенное отношение к категории времени, когда линейным является только время собственной жизни рассказчика. События этого отрезка логично выстраиваются друг за другом, обозначаются какие-то вехи – внутренние границы (замужество или женитьба, рождение детей или другого плана – война, например, и т.д.). А все, что было раньше, находится в неком «пространственно-временном поле», легко меняется местами и мифологизируется. Отсюда и неожиданное, казалось, соседство Никона и Петра I и перевоплощение царя Алексея Михайловича в царя Ирода. В последнем проявляется также принцип отождествления, когда за одним словом закрепляется только одно понятие. В данном случае ключевое понятие «царь», то есть гонитель веры. О Никоне тоже могут говорить «царь» – «царь Никон». Неправильное же внешнее воплощение слова влечет за собой и абсолютную смену его значения, как, например, в написании имени Бога: «Исус – это Христос, а Иисус – это другое, это антихрист». То же самое происходит в приведенном выше рассказе о «раскольниках», под которым понимают людей другой, «промежуточной» веры.

Особое место в репертуаре старообрядческих исторических преданий о расколе занимают рассказы о его «виновниках», которые однозначно наделяются отрицательными характеристиками – честолюбие, жестокость, гордыня. Однако их биографии могут осмысляться в рамках житийного жанра, в котором нередко присутствует мотив искреннего покаяния в совершенных злодеяниях. Так в одной из устных историй раскаявшимся и одиноким предстает главный мучитель и гонитель Никон:

«Царь Никон объявил царю Алексею и всем: «Я буду самым главным». Царю Алексею это не понравилось, не стал принимать в застолье, оттолкнул на 100%. Никон ушел в монастырь. Был там семь лет. Ждал, что царь Алексей простит и поклонится ему. Там и умер. Но перед смертью устроил себе самосуд: «Я не прав был, изменил святой вере, много людей уничтожил». Извинялся как бы сам перед собой».

Текст предания изобилует конкретными подробностями, призванными придать повествованию историческую достоверность, а современный язык рассказа («оттолкнул на 100%», «устроил самосуд» ) снимает дистанцию между событиями прежних веков и сегодняшним рассказчиком. В другом тексте, записанном в конце XIX в., крест покаяния взяла на себя жена Никона. Узнав о неправедных делах мужа, она постриглась в монахини и посвятила остаток жизни молитвам за гонимых и несправедливо обиженных.

В целом путь старой веры представляется мученическим. В глазах ее современных приверженцев многочисленные страдания, которым подвергались их предшественники, служат подтверждением особой миссии «старой веры». Принадлежность к ней требует мужества и постоянной готовности к испытаниям: «Никон ввел телесное озлобление, убивал и жег»; «Истинные христиане всегда будут в гонении». Мотив «побега» встречается практически в каждом нарративе об истории раскола: «Бежали от гонений в леса, на окраины»; «Гонения были. Все побрелисъ куда попало. Особенно священники, им больше досталось»; «12 колен от Иакова разбросаны по всей вселенной. Каждое колено – свой род от сотворения мира. Когда были гонения, староверы бежали в 14 стран, жили по лесам общинами». Источник последнего высказывания – телепередача.

Отголосок мессианства слышится и в представлениях о старообрядчестве как о бывшем с начала мира, лежащем в основании всех религий, возникших впоследствии: «Наши старцы говорят, что раньше была одна вера. Наша, старая. А потом все переменилось. Сейчас ищут где проще молиться. Где не надо много молиться, туда и идут». В следующем сюжете мессианская идея созвучна с эсхатологическими мотивами. Кроме того, несмотря на краткость, текст очень насыщен, он содержит в себе и трансформацию ветхозаветного предания о Вавилонской башне и происхождении языков, и советскую риторику, а главными действующими персонажами в нем являются новозаветные апостолы: «Старообрядцы есть во всех республиках. Апостолы разнесли. Нашел дух святой, они стали знать языки, и разошлись по всем странам. И апостолы всем передали старообрядчество. Вот почему они по всем странам есть, старообрядцы. И антихрист тоже пошлет по всем странам своих бесят».

Осознание старообрядцами собственной миссии присутствует в большинстве исторических нарративов: «Наша вера истинная только в России сохранилась»; «всего 77 вер, а правильная одна наша». Соответственно, принадлежность к ней возлагает большую личную ответственность на каждого их них: «Нас верных мало осталось. До тех пор не будет Суда, пока хоть один верный останется». Отдаление последнего дня старообрядцы считают, таким образом, персональной обязанностью, а пути спасения мира видят в ревностном религиозном служении: «Молиться нужно, заповеди Господни блюсти, тогда повременит Господь». В этом видится одна из причин устойчивости традиции. С мессианской идеей непосредственно связана и эсхатологичность старообрядческого мировоззрения, которая способствовала складыванию представлений о величайшей личной ответственности каждого старообрядца как последнего хранителя истинного православия.

Крестный ход в Гари к Михаило-Архангельским скитам. Старообрядцы

С момента возникновения старообрядчества и на протяжении всей его истории существовали маркированные даты, в которые актуализировались представления о приближении конца мира. Их выявление строилось на основе «числа Антихриста» (666), точкой отсчета могло служить время сотворения мира или каких-то особых событий. Документы начала XX столетия фиксируют наличие своеобразных толкований богословской литературы среди южно-уральских старообрядцев. Так, в отчете Уфимского Епархиального Братства Воскресения Христова говорилось:

«В Песчано-Лобовском починке – сильный наставник Нестор, который, по-своему толкуя Откровение Иоанна Богослова, проповедует о кончине мира и осенью 1898 года назначил его день».

На этот же источник опираются и современные старообрядцы: «Иоанн Богослов называл число 666, и реформа Никона была в том году, в 1666-ом».

Подобные ожидания связывались с 1900 годом (смена веков), с 1992-м: «Пророчества исполнились пять лет назад, теперь жди с минуты на минуту»; «Уже восьмая тысяча пошла, как в Книгах писано». Еще недавно чаще всего в качестве окончательной даты выступал 2000 г. – рубеж тысячелетий. Как известно, возрастание напряженности эсхатологических ожиданий, более яркая их выраженность и острота наблюдаются в периоды исторических и социальных потрясений (войны, реформы), появления необычных природных явлений и изменений климата (сильная засуха, кометы, метеориты), а также в связи с редкими календарными датами (рубеж веков, смена тысячелетий) и т.д.

Несмотря на существование обозначенных переломных рубежей, большинство опрошенных склоняются к мысли, что «конец света нельзя испытывать – грех». «Исус сказал: «Мне отец не дал разума вести, когда будет кончина, только он знает». Святые отцы писали, что на восьмой тысяче... Нам остается только ждать, готовиться к этому».

Описания последнего дня, зафиксированные нами в ходе полевых исследований, у поповцев и беспоповцев в целом идентичны. Главной характеристикой является внезапность, неожиданность, события начинают разворачиваться с необычной быстротой, стремительно. Резко активизируются природные стихии – сильный ветер, страшный гром. Четко определено направление, откуда следует ждать потрясений: «На восточной стороне неба появится огненный крест». Источником разрушений выступает огонь, все уничтожающий на своем пути: «Разверзнется огненная река с востока на запад». Одновременно огонь служит символической границей, по одну сторону огненной реки оказываются грешники, по другую – праведники. Число их незначительно: «Из тысячи мужчин один спасется, а женщин – из тьмы одна». Основное действующее лицо драмы Господь (Судья) находится на седьмой из небесных сфер, постепенно разворачивающихся одна за другой. Таким образом, народные представления о Страшном суде в целом повторяют как частности, так и общую схему библейских пророчеств. Встречаются и более вольные пересказы: «Бесья полетят как ангелы, на них веночки гореть будут, спустит Господь Илью-пророка».

Эсхатологические ожидания старообрядцев, соотнесенные с современным миром, находят образное воплощение в фантастически осмысляемой окружающей действительности. В священных текстах, содержащих описания второго пришествия, как непременные атрибуты судного дня присутствуют космические беспорядки, природные катаклизмы. Поэтому резкие погодные перепады, необычные атмосферные явления и произошедшие в последние годы экологические сдвиги также воспринимаются старообрядцами как подтверждающие приметы. Часто звучат такого рода высказывания:

«Вода в реках стала отравленная, а перед самым концом ее вовсе не станет. Кругом будет валяться золото, оно будет никому не нужно, а воды не будет. Дороги стали багровые. Трактор их багромит (портит, делает плохими. – Е.Д.)», «Лето теперь холодное, а зима теплая. Все наоборот, значит близко до конца теперь» и т.д.

Описание старообрядцами последних времен, приведенное исследователями начала XX в., например, такое: «Сказано: будет глад велий на земле, небо будет медное, земля железная, скорбь будет большая», совпадает с современным: «Небо будет медное, а земля – железная. Ничего расти не будет. Все будут умирать, смрад будет и горе».

Как у поповцев, так и беспоповцев одним из признаков приближения последних времен называется появление лжепророков. Как известно, спор о времени пришествия Антихриста и его облике послужил одной из основных причин разделения некогда единого старообрядчества на два направления. Поповцы, буквально воспринимая библейские тексты, ожидают прихода чувственного, то есть физически реального Антихриста непосредственно накануне гибели мира. Беспоповцы склонны понимать его иносказательно, в «духовном», «приточном» смысле, то есть как любое отступление от веры, канона, заповедей. При этом подразумевается, что пришествие уже свершилось и окружающий старообрядцев мир представляет собою антихристово царство.

Различия в интерпретации эсхатологических идей и символов прослеживаются и на современном полевом материале. Так, у поповцев Антихрист – «живой человек, неверующий, лжепророк». У беспоповцев он предстает во многих ипостасях и находит воплощение в различных явлениях реальной жизни: «все, кто в Бога не верят, – Антихрист», «зло людям делать, ругаться, креститься неправильно – это все Антихрист», «все кругом Антихрист, время теперь такое». Попадаются и такие высказывания: «Антихрист вышел из моря. Море – это люди, людские пороки». Как видно, беспоповцами используются более пространные, неконкретные объяснения.

В маргинальном, по сути, часовенном согласии имелись сторонники как поповских, так и беспоповских взглядов на этот вопрос. Понимание природы Антихриста как дуалистической свойственно и для современных часовенных: «Последние времена, как святые отцы говорят, уже с приходом Никона наступили. Не Никон-Антихрист, а те, кто его учение распространяют. Ждем его и чувственно, и духовно. Чувственно – личность, а духовно он уже царствует – все законы перекорежены».

В соответствии с книжными текстами, поклонники Антихриста отмечались специальным знаком – печатью на руке или на лбу. Как символические воплощения такой печати в радикальных согласиях интерпретировались паспорта, деньги, государственный герб. Многие атрибуты современной действительности также воспринимаются старообрядцами как греховные, запрещенные. До сих пор некоторые информаторы отказываются фотографироваться сами и не разрешают делать снимки принадлежащих им предметов, считая фото «печатью Антихриста». Сатанинскими знаками назывались талоны на продукты, которые вводились в период перестройки, социальные номера и т.д.

Общеизвестен факт долгого неприятия наиболее радикальными согласиями электричества, радио, телевидения, железных дорог. До сих пор особенно религиозные старообрядцы считают грехом смотреть телевизор, называя его «бесовским ящиком», избегают слушать радио: «Кто-то говорит, а кто не видно – бесовское искушение». Проводится прямая параллель с апокалиптическими предсказаниями и электрическими проводами: «сеть, опутавшая небо, железная паутина». Самолеты называются «железными птицами»: «Сказано было, будут летать повсюду железные птицы в последние времена».

Традиционализм, приверженность к старине как отличительная черта старообрядчества отмечалась всеми его исследователями. Такая идеализация прошлого закономерно сопровождается критическим взглядом на настоящее. Современная действительность оценивается как неспокойное, тревожное время, подтверждающее пророчества: «Перед концом света жизнь будет плохая, войны. Из-за войн людей останется мало: из семи град будут собираться в один град. Так и есть, кругом война».

Действия властей также вызывают негативные эмоции: «В последнее время у руководителей в голове станет, как у ребенка, ничего не будет получаться, развалят государство. Так оно и получается». Анализируя отношения между людьми, старообрядцы приходят к выводу об их изменении в отрицательную сторону: «Люди друг друга ненавидят, ругаются между собой»; «Кругом ненависть, брат на брата, сын на отца». Подчеркивается всеобщее снижение уровня нравственности, игнорирование правил морали, отсутствие страха наказания за грехи: «Греха не боятся, делают что хотят», «У женщин стыда не стало, делают аборты, носят все мужское»; «Кругом раздор да брань, согласия нет меж людьми».

Итак, специфика старообрядческой культуры, как и любой другой, во многом определяется мировоззрением ее носителей. Она ориентирована на традиционализм как главный принцип и строится на переплетении устной и письменной традиций. Осмысление книжных текстов и преобразование любой информации из внешнего мира происходит у старообрядцев в категориях традиционного сознания. Все это находит воплощение в бытовании утопических легенд и апокрифов, прослеживается в устных исторических рассказах.

Большое место в религиозно-философской системе старообрядчества, разработанной его идеологами, занимают мессианство и эсхатология. Это нашло выражение на бытовом уровне и может быть зафиксировано методами этнографической науки на региональном материале.

При войнах, революциях религиозный фактор играет исключительную роль, потому что религиозная мотивация пронизывает самые глубины души человеческой. И, чем пристрастнее ее последователи в своих убеждениях, тем кровавее последствия. Революции в России в 1905-м, 1917 годах не стали исключением. Какое же имеют отношение к революциям и убийству России православные старообрядцы? Не громко ли сказано?

Первые мои знакомства со старообрядцами и с их святынями произвели на меня положительные, неизгладимые впечатления: набожность, строгость, аскетизм, многочасовые богослужения, смиренные поклоны, притягательная старина, трудолюбие, скрупулезность, аккуратность, некая мистичность. Надеюсь, что к большинству современных старообрядцев всё это и относится. Но каково было положение старообрядцев в период 1905 – 1917 гг. и в чем выражалось их участие в революциях?

Современные старообрядческие епископы

Оказывается, участие было самое что ни на есть прямое. О старообрядцах, о единоверцах – тех, которые присоединились к Русской Православной Церкви, – речь в статье идти не будет. Вам придется по-новому посмотреть на нашу историю, поэтому репродукции и картины я буду подписывать от лица старообрядцев.

Что собою представлял старообрядческий социум в Российской Империи?

О них однозначно можно сказать, что это была религия купечества.


Старообрядчество – религия купечества

В дореволюционной России наиболее богатыми и предприимчивыми людьми являлись старообрядцы. Будучи притесняемыми и гонимыми властями несколько столетий, имея крепкий общинный уклад, высокую нравственность и аскетизм, они создали свою, внутреннюю финансовую религиозно-коллективную империю. Оптимальным инструментом, позволяющим им максимально концентрировать как экономические, так и духовные ресурсы, стала знаменитая русская община; общинно-коллективистские (а не частнособственнические) отношения служили тем фундаментом, на котором строилась социальная жизнь старообрядцев.

На рубеже XX века в России существовали только три финансово состоятельные группы людей: старообрядцы (купцы и промышленники), иностранные бизнесмены и дворяне-помещики. Вдумайтесь, на долю старообрядцев приходилось более 60% всех частных капиталов Империи! А это значит, что финансово они влияли на всю экономику и политическую палитру страны. При этом численность самих старообрядцев всех существующих на то время толков, по разным подсчетам, составляла не более 2% от общего числа населения и 10-15% от численности русских в Империи.

Старообрядцы не являлись монолитным религиозным образованием, они делились на две группы: «поповцев» и «беспоповцев». Уже сами эти названия говорят о существовании или отсутствии в этих группах духовенства. Кроме того, внутри групп также происходили разделения и создавались различные толки, которые переплетались с разными сектами. За прошедшие века таких толков, с ужасными извращениями Евангельских истин, возникло не менее семидесяти.

Вероучение и отношение к обрядам внутри групп нередко были даже взаимоисключающие. Но всех староверов объединяла, на уровне вероучения и культа, лютая ненависть к Российской Православной Церкви и к властям, в частности, к дому Романовых, как к правителям антихриста. Для этой ненависти имелись объективные исторические причины – гонения за веру, социальное угнетение, запрет на проповедь и распространение своей религии. Под надуманными предлогами старообрядцев наказывали и отбирали у них имущество, отправляли в ссылку, закрывали и разрушали их храмы. Браки им разрешалось регистрировать (венчаться) только в храмах РПЦ, а это означало принудительное склонение в «веру антихриста».

Хозяйственно-управленческой модели, сформированной расколом, был брошен вызов в 50-е годы ХIХ века. Главный удар оказался направлен на купечество. Отныне попасть в купеческие гильдии могли только те, кто принадлежал к Синодальной Церкви (РПЦ) или единоверию; все русские купцы обязывались предоставить свидетельства об этом от православных священнослужителей. В случае отказа предприниматели переводились на временное гильдейское право сроком на один год. В результате всё староверческое купечество оказалось перед жёстким выбором: лишиться всего или поменять веру. Была альтернатива – вступить в единоверчество, сохраняя при этом старые обряды; большинство склонялось к последнему варианту.

В России тогда происходили старообрядческие бунты, которые позднее, во времена СССР, представляли как проявление классовой борьбы, умалчивая об их религиозной мотивации.

Лютой ненавистью ненавидели старообрядцы П.А. Столыпина за его реформаторскую деятельность, поэтому радовались его убийству. При всей успешности его реформ, новые цивилизационные вызовы урбанизации, такие как, например, переселение крестьян в Сибирь, разрушали устоявшийся общинный уклад старообрядцев. Кроме того, крестьяне-переселенцы составляли конкуренцию предприятиям и банкам старообрядцев тем, что из государственной казны им выплачивали ссуды и подъемные, выделяли бесплатные земельные участки и они успешно развивали свое хозяйство.

П.А. Столыпин держал на личном контроле вопрос о переводе старообрядцев – раскольников в единоверчество и достиг в этом успеха: подавляющая часть казаков – старообрядцев перешли в РПЦ или единоверие.


Убийство П.А. Столыпина

Но вот пришла долгожданная свобода – были приняты действенные меры «к устранению стеснений в области религии»: своим Указом от 17 апреля 1905 г. «Об укреплении начал веротерпимости» Государь Император Николай II уравнял права старообрядцев и православных христиан. С тех пор они перестали называться раскольниками. Это была вспышка процветания и развития старообрядцев вплоть до конца 20-х годов.

Организация старообрядцами революции 1905 года

В августе 1905 года в Нижнем Новгороде прошло закрытое «частное собрание старообрядцев», которое постановило, что дарованные старообрядцам свободы могут быть у них отняты. Было решено продолжить борьбу до появления в Государственной думе фракции старообрядцев с решающим голосом. Миллионер Рябушинский предложил создать для этого систему «разъездных пропагандистов».

Старообрядец миллионер Владимир Павлович Рябушинский подготавливал революционных агитаторов

Более 120 человек, финансируемые старообрядцами, разъехались по всем уголкам Российской империи с призывами к революции и социальной справедливости. Их главным лозунгом было: «Наступила свобода! Можно силой забирать землю у помещиков». В то же время, призывов об экспроприации фабрик и заводов, на 60% принадлежащих старообрядцам, конечно же, не звучало. Это объяснялось тем, что ими двигало вовсе не желание бороться за социальную справедливость, а то, что помещики являлись для них конкурентами. Имела значение и религиозная мотивация: ведь помещики и представители власти были православными, то есть, в глазах старообрядцев, еретиками – никонианами, новообрядцами – «слугами антихриста».

Почва для революции 1905 года подготавливалась старообрядцами давно. Так, в 1897 году в Замоскворечье ими были основаны «Пречистенские курсы», на которых всем желающим читали лекции о социализме и марксизме. К 1905 году на курсах обучалось уже 1500 человек. Естественно, эти профессиональные революционеры-агитаторы по вероисповеданию были раскольники – старообрядцы разного толка, недовольные «властью антихристовой». На курсах могло бы учиться и больше народа, но не позволяли размеры помещения. Впрочем, это оказалось делом поправимым. Знаменитый клан старообрядцев Морозовых внес 85 тысяч рублей на строительство трехэтажной марксистской школы, землю под которую выделила Городская дума в лице ее руководителя старообрядца Гучкова. На деньги того же старообрядца Саввы Морозова революционерами в 1905 году закупалось оружие.


Старообрядец купец Савва Морозов, на деньги которого закупалось оружие для братоубийства

Казалось бы, налицо противоречие: как глубоко верующие люди могли помогать противникам любой религии? Но на самом деле никакого противоречия не было! Старообрядцы боролись не с частной собственностью, а лишь с антихристовой, с их точки зрения, властью, используя марксистов в своих целях, тем самым взращивая зверя, который их же самих и пожрал.

Революция – дело доходное!

По стране прокатилась череда забастовок и бунтов. В качестве классического примера можно привести легендарный Ленский расстрел. Компанией «Лензолото» до начала беспорядков владели англичане, купцы-старообрядцы и барон Гинцбург. Акциями предприятия торговали на Лондонской, Парижской и Московской биржах. Протесты, начавшиеся после продажи в фабричном магазине гнилого мяса, закончились, как водится, народным бунтом. Затем последовали расстрел рабочих солдатами, массированная кампания в прессе, а также ряд гневных докладов в Думе, инициированные все теми же старообрядцами. Англичане были вынуждены уйти, акции же за копейки скупил старообрядец-миллионер Захарий Жданов, один из бывших владельцев «Лензолота», удачно продавший свой пакет акций незадолго до начала беспорядков. На сделке он выиграл 1,5 млн золотых рублей. Аналогичные, можно сказать рейдерские, захваты, проводимые с благой целью – лишить иностранцев права владения активами в Российской империи, – проходили повсеместно.

Февральская революция завершила дело, начатое в 1905 году: старообрядцы получили всю полноту власти. Более половины из 25 наиболее влиятельных купеческих родов Москвы были староверами: Авксентьевы, Бурышкины, Гучковы, Коноваловы, Морозовы, Прохоровы, Рябушинские, Солдатенковы, Третьяковы, Хлудовы. Власть в городе принадлежала старообрядцам. Они были гласными Московской городской думы, членами общественных комитетов, главенствовали на Московской бирже. Руководство крупнейшими оппозиционными буржуазными партиями – кадетов, октябристов и прогрессистов – осуществлялось все теми же людьми. Н.Д. Авксентьев, А.И. Гучков, А.И. Коновалов, С.Н. Третьяков заправляли и во Временном правительстве.

Старообрядческий социализм

Уже к началу XX века старообрядцы ввели на своих предприятиях высокие социальные стандарты: 9-часовой рабочий день, бесплатные общежития для рабочих, медицинские кабинеты, ясли-сад для детей, библиотеки. Для постройки собственных каменных домов выдавались беспроцентные ссуды. Собственная бесплатная больница была оборудована операционной, амбулаторией, аптекой и родильным домом. Имелись санаторий и богадельня для престарелых. Для молодежи существовали профтехучилища. Также назначалась пенсия в размере 25-50% от средней заработной платы. Так что высокие социальные стандарты в СССР были изобретением не коммунистов, а старообрядцев.

Неудивительно, что рабочие предприятий, которыми владели старообрядцы, во всем поддерживали своих хозяев. Во время баррикад, стачек, забастовок рабочим все равно оплачивали рабочий день. Баррикады во время революции 1905 года в Москве располагались по принадлежности к предприятиям старообрядцев. Баррикады Сокольнического и Рогожско-Симоновского районов находились в зоне влияния Преображенской и Рогожской старообрядческих общин. Крупные силы на революционную борьбу отрядили фабрика старообрядца Мамонтова и мебельная фабрика старообрядца Шмита. На Бутырском Валу стояли представители Рахмановской старообрядческой общины.


Стачки старообрядцы организовывали для борьбы с «антихристовой» властью

Купеческая элита решительно распрощалась со славянофильскими идеями о возможности развития на монархической основе. Купечество обратилось к радикальным элементам, которые концентрировались в кружках социал-демократов и социал-революционеров. Именно из такого кружка происходил Дмитрий Богров – убийца Столыпина. Это было предательство Святой Руси!

Старообрядческое пособничество террористам

Начиная с 1905 года, по стране прокатилась волна убийств чиновников, губернаторов, глав городов. Революционеры делали свое дело – расшатывали страну.

Профессиональные революционеры и террористы были приняты на работу на предприятия промышленников-старообрядцев. В цехах их видели редко, а вот зарплату они получали исправно. Зарплата революционеров-слесарей колебалась от 80 до 150 рублей (достаточно крупные по тем временам деньги). Тех рабочих, кто возмущался, объявляли агентами полиции, прихвостнями царизма и увольняли, ведь предприятия были частными.


Старообрядческое пособничество террористам

Итак, исторические факты подтверждают, что в 1905 г. старообрядцы и их капитал принимали в революции самое активное участие.

Радость старообрядцев: Временное правительство и большевики 1917 года

Приход Временного правительства и отречение Царя с неистовым восторгом встретили все старообрядцы разного толка, особенно «древлеправославные поповцы».

Старообрядцы Егорьевска на своем собрании 17 апреля 1917 года приняли резолюцию, где отмечали, что «душевно радуются свержению мучительного гнета деспотической власти безответственного правительства, чуждого русскому духу - гнета, сковывавшего развитие духовных и материальных сил страны; радуются также и всем возвещенным свободам: слова, печати, личности ».

В апреле 1917 года состоялся внеочередной съезд старообрядцев Белокриницкой иерархии. В его резолюции говорилось: «Полное отделение Церкви от государства и свобода религиозных групп, находящихся в России, послужат только ко благу, величию и процветанию свободной России».

Временное правительство объявило о намерении снять все ограничения с деятельности религиозных объединений. 14 июля 1917 года появилось соответствующее постановление «О свободе совести». Оно вызвало большую радость во всех старообрядческих согласиях; собрания общин и епархий выразили Временному правительству свою поддержку.

Осенью 1917 года Временное правительство пало, к власти пришли большевики, которые разогнали Учредительное собрание и установили диктатуру пролетариата.

Слово «большевик» очень нравилось старообрядцам. В общинном укладе старообрядцев существовала должность-положение «большак», что означало старший в семье, в доме, в сельской и в церковной общинах. Большаки решали важные общинные вопросы. Особенно большаки почитались у беспоповцев, у которых они играли роль религиозных лидеров, вместо священников. Трудно представить, что такое созвучие могло быть всего лишь совпадением, скорее всего, это была продуманная религиозная манипуляция закулисных революционеров.


Большевик-большак-старообрядец, художник Б. Кустодиев

Сейчас старообрядцы не хотят признавать свою ошибку – сознательное участие в кровавой революции, но именно на приход большевиков они возлагали свою надежду о новой эре Христа после правления «власти антихристовой».

Если посмотреть статистические данные о том, где в средней полосе России максимально поддержали большевиков, то это оказываются Владимирская (куда входил и г. Иваново), Костромская и Нижегородская губернии – края, в которых весьма густо селились как поповцы, так и беспоповцы разного толка.

Портреты немецких вождей большевиков вызывали у старообрядцев доверие – ведь у них были большие бороды! Для староверов это было важным. Красный цвет знамени ассоциировался с Красной Пасхой, и они вполне серьезно писали на революционных плакатах: «коммунистическая Пасха».


Участники революции имели религиозную мотивацию. Пасхальная открытка революционного периода.

Старообрядцы принимали самое активное участие в революции 1917 г. и поддерживали большевиков и лично Ленина. Обе стороны объединяла ненависть к дому Романовых. Достаточно посмотреть картины и плакаты революционной тематики, где действующими лицами являются бородатые мужики-старообрядцы: Владимира Серова «Ходоки у Ленина», Бориса Кустодиева «Большевик», его плакат «Заем свободы» и т.д.

Ходоки-старообрядцы у Ленина, художник В. Серов

Большую часть старообрядцев России составляли беспоповские толки . Беспоповцы пользовались в народе нравственным авторитетом. Пролетарские низы к концу XIX века приблизительно на 80% составляли старообрядцы-беспоповцы: возникавшие фабрики и заводы вбирали потоки староверов из Центра, с Поволжья и Урала, из северных районов. Каналы староверческих согласий (землячеств) выступали в роли своеобразных “кадровых служб”. После революции 1917 г. именно из среды этих “сознательных рабочих” происходило рекрутирование новых народных партийных кадров, “ленинский призыв”, “второе завоевание души рабочего класса” и т.д. Именно беспоповцы составили основу первого советского поколения управленцев, партработников и комиссаров.

Ленин и масоны, стоящие за ним, прекрасно знали религиозную подноготную России и манипулировали общественным сознанием, стравливая и убивая народ. Ленину нужны были те, кто ненавидел царизм и православие, и это были сектанты, старообрядцы.

Советская власть приглашала вернуться в страну всех, кто бежал от прежнего режима: «Рабоче-крестьянская революция сделала свое дело. Все те, кто боролся со старым миром, кто страдал от его тягот, сектанты и старообрядцы в их числе, – все должны быть участниками в творчестве новых форм жизни. И мы говорим сектантам и старообрядцам, где бы они ни жили на всей земле: добро пожаловать!»


Большак-большевик Бонч-Бруевич, он же старообрядец Семен Гвоздь личный друг Ленина

В 1921 году старообрядцы подписали с советской властью «Акт о лояльности». Характерным примером взаимодействия старообрядцев и революционеров может послужить судьба знаменитого большевика Бонч-Бруевича, личного друга Ленина . В конце 1890-х годов миллионер-старообрядец Прянишников помог Бонч-Бруевичу перебраться на Запад под псевдонимом Дядя Том. Одной из задач революционного агента стала переправка духоборов и молокан из России в Англию и США. В 1904 году неутомимый Дядя Том начал издавать за рубежом ряд журналов и периодическое издание «Рассвет», в котором выступал под псевдонимом Старообрядец Семен Гвоздь. Самое интересное, что сразу же после революции 1917 года Бонч-Бруевич активно помогал вернуться на родину многим сектантам, которым до этого помог покинуть пределы России, Ведь нужно было уничтожить православную Россию.

Казак-старообрядец, принявшие большевистские идеи

Старообрядческий красный террор

Но как все же могло так произойти, что у глубоко верующих людей, аскетов, ревнителей старины, желавших справедливости и правды, возникла такая ненависть, выразившаяся в человекоубийстве, разрушении и взрывах православных (не старообрядческих) храмов, сожжении икон, расстреле духовенства, доносах?

Старообрядцы и сектанты сформировали костяк советской власти. Поэтому весь комплекс антирелигиозных мер был заимствован ими у Синода Русской Православной Церкви, занимавшегося как раз борьбой с раскольниками, которая выражалась в разрушениях их храмов, лишении юридических прав и прав регистрации браков, доносы и казнях, ссылках, в том числе и на каторгу, и т.д. Но, кроме чувства мести, ими двигали еще и религиозные мотивы.

Все поповцы и беспоповцы считали официальную государственную Церковь лишенной благодати и служкой антихриста, так же, как и правящую Царскую династию. Поэтому ненависть к ним была на уровне вероучительных истин. Кратко коснусь некоторых из них.


Поругание «слуг» антихриста

Беспоповцы – это старообрядцы, отвергшие священников нового поставления, после реформ патриарха Никона. Они решили, что от последователей Никона нельзя принимать не только священства, но и крещения, поэтому всех приходящих к ним из новообрядческой церкви крестили заново. Таинства крещения и покаяния стали совершать простые миряне; проводили они и все церковные службы, кроме литургии. С течением времени у беспоповцев образовался особый чин наставников – миряне, избранные обществом для исполнения духовных служб и дел.

Древлеправославная поморская церковь – это течение беспоповцев. В ней Таинства крещения и исповеди также совершаются мирянами – духовными наставниками.

Аароновцы не признавали венчание, совершенное в православной церкви, требуя в этом случае развода или нового брака. Как и многие другие раскольники, они чурались паспортов, считая их “печатями антихриста”.

Федосеевцы были убеждены в исторической испорченности Российского государства. Они верили, что наступило царство антихриста, отрицали моление за Царя на имя. Впоследствии учение федосеевцев восприняли поморцы. Во время Великой Отечественной войны федосеевцы проявили себя злостными коллаборационистами, сотрудничавшими с гитлеровской Германией.

Неплательщики отвергали богослужения, таинства и почитание святых. Они не совершали крестного знамения, не носили креста, не признавали постов. Молитвы им заменяли религиозные домашние беседы и чтения.

«Бегунами» называли тех, кто отвергал новое крещение, считал, что необходимо порвать все связи с обществом, уклониться от всех гражданских повинностей.

Самокрещенцы – старообрядцы крестили себя сами, без священников.

Средники, в отличие от других самокрещенцев, не признавали дни недели. По их мнению, когда во время Петра I перенесли празднование нового года с 1 сентября на 1 января, придворные ошиблись на 8 лет и передвинули дни недели. Таким образом, для них среда – это бывшее воскресенье.

Рябиновцы отказались молиться на иконы, где присутствовал кто-либо еще, кроме изображаемого образа. Они стали вырезать для молений восьмиконечные кресты из рябинового дерева без изображений и надписей. Кроме того, рябиновцы не признавали церковных таинств.

Дырники не почитали икон, молясь на дырки.

Пастухово согласие : его последователи осуждали пользование паспортами и деньгами с изображением императорского герба, которое они считали печатью антихриста. Новых сторонников своего учения перекрещивали.


Борьба с антихристовой «печатью»

Не́товское согласие (спасовцы) : главная идея этого учения заключается в том, что в мире воцарился антихрист, благодать взята на небо, Церкви больше нет, таинства истреблены. Спасовцы произошли от стригольников, которые отвергали церковную иерархию. Последователи этого согласия делятся на староспасовцев и новоспасовцев, которые, в свою очередь, разделились на малоначальных и большеначальных.

А́ристовский толк : создан санкт-петербургским купцом Аристовым, который считал, что всякие отношения со светской властью, как, по его мнению, еретичествующей и служащей антихристу, незаконны. Вследствие этого истинный христианин должен избегать распоряжений власти и не относиться к ней ни в каком случае.

Некрещеные старообрядцы – самое радикальное направление старообрядчества, созданное в Васильсурском и Макарьевском уездах Нижегородской губернии. Его последователи дошли до того, что отрицали возможность осуществления таинства крещения даже мирянином (то есть беспоповским чином), поэтому представители этого согласия оставались вовсе без крещения, заменив его надеванием на новорожденного креста при чтении 50-го псалма .

Неокру́жники (противоокру́жники , раздо́рники ) - часть приверженцев белокриницкого согласия (поповцев), не принявшая «Окружное послание Российских архипастырей Белокриницкой иерархии» 1862 года. Наибольшее возмущение у радикально настроенных членов белокриницкого согласия вызвали утверждения «Окружного послания» о том, что «господствующая ныне в России Церковь, равно и Греческая, верует не во иного Бога, но во единого с нами», что под именем «Иисус» Русская церковь исповедует того же «Исуса» и поэтому называющий «Иисуса» иным Богом, антихристом и т.п. есть богохульник. Противоокружники, напротив, утверждали, что в Русской и Греческой церквях царствует антихрист. Они настаивали на восьмиконечной форме креста и написании имени «Исус» на том основании, что Иисус Христос был рождён восемью годами позже Исуса. По своей сути, это было крайнее проявление беспоповского учения, проникшего в среду старообрядцев-поповцев, против которого и было направлено «Окружное послание».


Разрушение храмов «антихриста»

Итак, подведя итог вероучительных истин старообрядцев разных толков, можно прийти к выводу, что они были убеждены: ради воцарения эры свободы – эры Христа доносить на священников – еретиков никониан, расстреливать их, взрывать православные храмы и жечь иконы – святое и богоугодное дело, а не грех. И, чем больше будет уничтожено слуг антихриста, чем будет больше уничтожено-низвергнуто «печати антихриста» (царской символики), тем лучше!

Хочу оговориться, что, конечно, не все старообрядцы приняли большевистскую власть, но таких было меньшинство, это были, в основном, казаки-старобрядцы Сибири, Урала, Дальнего Востока, Дона, Терека. Для них именно власть большевиков и была властью антихриста.

За активное участие в деле революции старообрядцы имели некоторое временные льготы. Если красный террор сразу коснулся Русской Православной Церкви, начались расстрелы и разрушения ее храмов, то старообрядцы еще до конца 1920-х годов могли свободно открывать и строить свои храмы, иметь свои печатные издания. Но «медовый месяц» длился не долго, они также были уничтожены, как и РПЦ, хотя некоторые успели уехать. Миллионерам старообрядцам, которые были посмекалистей, советская власть разрешила вывести свои капиталы за рубеж.

В высшем руководстве СССР было много старообрядцев (по своему происхождению). Есть убедительные свидетельства того, что к ним относились Калинин, Ворошилов, Ногин, Шверник (настоящая фамилия – Шверников), Москвин, Ежов, Косарев, Постышев, Евдокимов, Зверев, Маленков, Булганин, Устинов, Суслов, Первухин, Громыко, Патоличев и многие другие. Немало героев Великой Отечественной войны также были из старообрядцев.

Пройдя через братоубийство, природа человека становится другой; вот и у многих староверов не осталось ничего от веры в Бога, одна только идеология. Бывшие старообрядцы стали строить советского человека, советское общество, советскую страну. Но при этом знаменитый советский ученый и фантаст, по происхождению старообрядец, Иван Ефремов описал в «Туманности Андромеды», «Часе быка» идеал высоконравственного советского человека. Эти идеальные представления, конечно же, черпались из христианства.

Интересные факты. Оказываться, Рим был прекрасно осведомлен о религиозной ситуации в России, у них были попытки на почве общей ненависти к РПЦ и дому Романовых заключить дружбу-унию со старообрядцами. Но, для старообрядцев иметь дело с бритобородыми еретиками это нонсенс. Но, тем не менее, римские папы выражали свою несказанную радость в связи братоубийственной революции, говорили: «железная метла Бога руками безбожников выметала православие с России для католической миссии в будущем».

Еще одна интересная тема раскрылась; внутрипартийные зачистки в руководстве СССР, когда расстреливали активных революционеров, так же имели религиозную идеологическую окраску. Это была борьба двух партий ленинцев-масонов и постправославных. Окончательную точку поставил в этом раздоре бывший семинарист товарищ И.В.Сталин, сказав: «Как Моисей вывел евреев из пустыни, так и я их выведу из аппарата компартии».

Нравственно-богословский вывод

Грехопадение – это первый раскол, это трагедия всего человечества, а далее в истории расколы, отступления от истин Божиих, приобретают разные извращенные формы.

Старообрядчество стремилось сохранить древнюю правдивую веру, древнее благочестие (аналогичные постулаты были у фарисеев, и в этом стремлении нет ничего плохого), но превратилось в те же самые фарисейство и законничество, которые и распяли Христа. История повторилась: «цедили комара», «сучок видели в чужом оке», а распяли Россию.

Христос у старообрядцев заменился на обряд Христа. Поэтому под благочестивой мотивацией появлялись бесчисленные толки, претендующие на истину в последней инстанции. Старообрядцы ненавидят друг друга лютой ненавистью (я имею в виду сторонников разных толков), ведь оказывается, что сородичи исказили веру. Господь еще в древности предупреждал о такой модели отношения к вере в Бога: «бойтесь фарисейской закваски».

По сути, старообрядцы волей или неволей стали соучастниками убийства России, стали ее палачами. Религиозные манипуляции как раз и были использованы в гражданской братоубийственной войне, и сами они оказались заложниками и жертвами этих манипуляций.

Сегодня Россия и Русская Православная Церковь вновь под разными предлогами начинают раскачивать, конечно же, с самыми благочестивыми намерениями. Это и та же борьба с антихристовыми печатями и кодами, с антихристовой властью, но при этом забывается самое главное – ценность единства Церкви Христовой. Технологии и модели религиозных манипуляций столетней дальности вновь были успешно применены в период современных цветных, майданных революций для стравливания людей друг с другом. Не пора ли делать выводы?

Сейчас нужно все же набраться смелости, нравственных сил, духовного мужества признать свои ошибки и просить прощения у Бога и России за свои преступления. Единственная возможность преодоления раскола для старообрядцев – это покаяние, возвращение в лоно Церкви Христовой. Такая форма, в виде единоверчества, весьма успешно существует, начиная с 1800 года.

Поместный собор Русской Православной Церкви Московского патриархата в 1971 году признал старые обряды равноблагодатными и снял те клятвы, которые были наложены на них. Но это было совершено де-юре, а де-факто с самого начала нашей господствующей Церкви она признавала святость древних обрядов. В 2000 году Синод РЗПЦ принес покаяние перед старообрядцами за причиненные им гонения.

Протоиерей Олег Трофимов,
доктор богословия,
магистр религиоведения и философских наук